— К горам, туда, где се началось. — Коротко кивнул месье Сезар, спешно поднимаясь, — Не волнуйтесь, Шарлотта, нам не так просто расстроить планы, как думают расслабившиеся за годы неги франкийцы. Вы, мадемуазель Эвон, пойдете с нами. Все придется провернуть несколько раньше, чем мы планировали.
Я насупилась. Была у меня робкая (и чрезвычайно глупая) надежда, что меня решат бросить тут. Кому при отступлении нужен лишний груз? Тем более отчаянно упирающийся? Тут бы самим спастись.
— Я…
— Либо своими ногами, мадемуазель, либо в бессознательном состоянии.
Я вздрогнула и все возражения разом пропали. Меня и правда оглушат и повезут, словно овцу в седле, разве что ноги не стреножат. Смогу ли я тогда подать сигнал войскам Его Величества? Нет! А я должна! Обязана! Как они смогут меня спасти, если не будут знать, что дом мы покидали в спешке и совсем недалеко ушли? Меня не убьют, даже за столь дерзкую выходку, до тех пор пока спанцы намереваются провернуть аферу с занятием трона. Не выгодно, ведь месье Сезар сам сказал — сейчас ему нужна поддержка народа. А крестьяне поверят в нового короля только при местной королеве и работоспособном куполе.
— Шарлотта, забери из комнаты свои вещи, чтобы ничего не выдавало твоего присутствия и выходи на задний двор.
— Но, Сезар, я… — королева запнулась, беспомощно оглядевшись.
— Быстро!
Оклик спанца подействовал на женщину отрезвляюще: засуетившись, Ее Величество поспешила покинуть комнату, оставив меня наедине с месье Сезаром. Я поежилась под напряженным взглядом мужчины.
— Думаете вы спасены, мадемуазель Эвон? — Усмехнулся спанец, — думаете, я так легко сдамся? Я двадцать лет следил за королем и его окружением, подсунул вовремя под короля эту девицу, родившую Жана, которая как раз и напела в уши любовнику, что ублюдка королевы надо отослать от двора подальше. Утешил рыдающую Шарлотту, стал ей другом, ввел к ней своих людей, чтобы выведать все, что она знает о ритуале… по вашему для того, чтобы одна маленькая васконка сломала все мои планы? Нет, мадемуазель, Спания многое поставила на карту, засылая сюда почти детей двадцать лет назад. Так вышло, что старики, тогда, во время восхождения на престол батюшки вашего жениха, провалили все планы в очередной раз, но у нас, подростков тогда, появился шанс стать своими, чтобы попытаться снова. И свой шанс я не упустил. Я оказался близко. Очень близко к трону и разгадке. И все для того, чтобы спустя годы вернуться в родную страну героем. Уж вы то, мадемуазель, должны меня понять.
Я застыла. Так вот оно что! Спанец был тут, с прошлой коронации. Все эти двадцать лет вынюхивал!
— И я не позволю, мадемуазель, испортить мне всю игру именно сейчас.
Если именно так ставить вопрос, то определенно, у меня шансов нет. Хотя, тому же месье Сезару удалось обыграть всех двадцать лет назад, а ведь ему тогда было едва ли больше чем мне?
Пока я размышляла, в комнату вошел молодой маг и, коротко поклонившись, доложил:
— Наши инквизиторы говорят, что среди врагов множество некромантов.
— Некроманты, это на самом деле не так плохо, наши инвизиторы прекрасно знают, как убивать некромантов, — хищно улыбнулся месье Сезар, делая шаг ко мне, и хватая меня за локоть, — пойдемте, мадемуазель, самое время уходить.
У меня в душе… все оборвалось. Некроманты? Ноэль! Я не знаю ни одного некроманта, который мог бы ко мне рваться, кроме него. Неужели?! Нет-нет. Допустить гибели Ноэля я не могу. Но что в такой ситуации предпринять?
Меня дернули, потянув за собой.
Как подать знак?
КАК?!
Во дворе уже шли приготовления к спешному бегству: около десятка людей седлали лошадей, а Лион — тот самый маг, что должен был пытать месье Гастона — чертил на земле пентаграмму вместе с подручными.
Королева тоже была во дворе и обеспокоенно вглядывалась в горизонт.
Я посмотрела в сторону, откуда должна была прийти помощь, но ничего не увидела. Наверное у спанцев свои способы обнаружения неприятеля, либо их маги видят очень далеко.
— Что теперь будет, Сезар? — спросила дрожащим голосом мадам Шарлотта, нервно сжимая поводья, — все… кончено?
— Нам придется отступить, но скоро оставшихся девочек доставят в замок, и мы проведем ритуал. А от дофина скоро не останется и лужицы — мои люди не нашли его во дворце, но мы уже не собираемся скрываться. Конечно, некоторые мои люди пострадают, но они умрут во славу родной страны, разве это не геройская смерть. Гийом?
— Пару мгновений, дон, и пентаграмма готова, некромантов не обрадует наша встреча, — один из магов, подняв голову от земли, мерзко захихикал.