Некоторые из аристократов расчувствовались и даже закивали. Я пригляделась и поняла, что это были васконцы. Против воли я почувствовала прилив гордости за соотечественников.
Да, конечно это была полуправда, но это был выбор, который у нас забрали триста лет назад. И я верю — честность в отношении будущей королевы, значительно лучше той судьбы, которая досталась матери Ноэля и Луи-Батиста: искалеченная судьба и ожесточенность после потери дара. Надеюсь в монастыре, куда ее определил дофин (принц не смог отправить на эшафот собственную мать, даже если она едва не стала причиной гибели страны), к мадам Шарлотте придет спокойствие.
Народ гудел, слушая своего короля, который все продолжал говорить. Над речью Луи-Батиста мы все вместе думали накануне, ища тонкую грань между ложью и правдой, которую бы можно было рассказать перед всеми. Но я уже не слушала — я глядела в глаза де Грамона, стоящего напротив.
Мы — встанем.
Я встану!
И сделаю все возможное, чтобы рядом со мной поднялся весь народ на защиту Франкии!
Вместо эпилога.
Двадцать лет спустя
Луи-Батист склонился над картой, задумчиво постукивая пальцами по краю стола.
Все-таки Франкия еще слаба, хотя и сделано очень многое. На границах уже проведены работы по укреплению: построены крепости, в которых дежурит не только два десятка магов, но и отряды пехотинцев и лучников. Оружейные заводы и конструкторские бюро, занимающиеся разработкой новых пушек — получили деньги от государства и вовсю занимались созданием чего-то особенного.
Но не только внутри страны произошли изменения! Завтра приезжает невеста из Мерики для младшего принца. Посмотрят друг на друга, поговорят — все может быть. С девицей приедет три десятка «мечтателей», но ведь нужно же чтобы мериканцы захотели сражаться за Франкию. Не просто защищали свою принцессу, но и сами вросли в эту землю, чтобы благо этой страны стало выше легкого налета пренебрежения чужаками. Хотя Поль умный мальчик, сумеет завоевать расположение иностранки. Обязан! Понимает же всю важность этого вопроса для страны.
Со стороны Швейлы тоже проблем быть не должно: с их королем, Сигурдом, заключен мир, гарантом которого стала помолвка с франкийской принцессой.
Но Спания все еще сильна. На последнем издыхании, как говорят секретные службы, но на последний рывок способна. Да и в Варварике неспокойно, а еще эта свадьба из наследной принцессы с спанским принцем. У двух врагов союз. Опасно ли? безусловно.
В этот раз ни один враг не смог пробраться на территорию страны, но хватает донесений от шпионов, что спанцы зашевелись. Значит, есть какой-то козырь в рукаве помимо союза с Варварикой. На что-то да надеются. Хотя тут и так понятно: после того как Луи-Батист на своей свадьбе открыл часть правды, не факт, что на новый отбор для его первенца придут девушки, а значит все что себе сможет позволить Франкия — это год за счет свадьбы фаворитов. И то, нужных девушек еще надо найти и сберечь.
Тогда, двадцать лет назад, Луи-Батисту казалось, что времени, которое подарила мадемуазель Армель — хватит с лихвой. Ведь целая жизнь впереди! Но нет. Когда начали заниматься делами вплотную, оказалось, что такая махина как государство очень медленно разворачивается. Нехотя, не желая принимать новое.
Да и тут требовалось полностью менять менталитет населения, растить патриотов, а не тех, кто думал, как урвать кусок повкуснее, пока это еще можно.
Потому что-то да сделано, но все ли? Все?
Луи-Батист устало смежил веки. Пара часов и момент истины. Замок откроется для всех желающих девиц. В этот раз изменили правила из-за откровений принца на своей свадьбе: все, кто готов, прибудут к вратам дворца с рассветом и отбирать будут из них. Снова запускать старинный артефакт, но на этот раз — без требования подчинения со стороны невесты.
Если будет из кого отбирать.
Хотя Эвон обещала…
Дядя был прав — маленькая васконка стала благословлением для правящей четы. И жених ей подобрался такой же. Если бы не семья Армильи… ох сколько бед не удалось бы избежать! Просто удача, что Луи-Батист встретил эту растрепанную некогда девицу в коридорах лангенской академии. Последние десять лет, кстати, барон и его супруга возглавляют родное учебное заведение. Некромнат сказал, что любая страна начинается с борьбы за умы, а значит его место там, на самой границе со Спанией.