Мне, естественно, понятна абсурдность этого «предположения»: все-таки этаж некромантов самый нижний, а крыло — самое дальнее. Мой наряд тоже отметает любые подозрения, что я вышла после ванной и совершенно случайно забрела в столь дальние места: на мне ученическое платье. Впрочем, намек в вопросе незнакомца был весьма понятен: мне давали шанс выйти из щекотливой ситуации, изобразив смущение и приступ глупости. Могла же девушка потеряться, особенно в незнакомых переходах?
— Нет, месье, — улыбнулась как можно увереннее, отрезая тем самым себе путь к отступлению без ущерба для репутации. — Я ищу друга.
— Друга? — Губы некроманта изогнулись, и выражение лица стало очень уж гадким, — близкого?
Я кивнула и тут же спохватилась: незнакомый юноша явно имел что-то плохое под этим уточнением. Я предпочла сделать вид, что не поняла мерзкого намека.
— Лучшего, — спокойно пояснила. — Я ищу Ноэля Армильи.
— Сочувствую, мадемуазель, но тут без шансов, — усмехнулся некромант. — Боюсь, сердце нашего гения занято.
Я нахмурилась. Что бы это значило? Неужели у Ноэля появилась возлюбленная и именно этим обусловлена смена поведения барона? Его избранница против нашего общения?
Мало кто верит в дружбу между мужчиной и женщиной, всячески намекая на что-то неподобающее. Даже дедушка считал это абсолютной глупостью, и я всегда гордилась тем, что наши отношения с Ноэлем — явное подтверждение тому, что даже старый виконт иногда ошибается.
— Постой, Фредерик, — остановил некроманта его спутник, который все это время внимательно разглядывал меня. — Вы, случаем не мадемуазель Эвон?
— Вы знаете меня? — удивилась, неприличнейшим образом уставившись на низкорослого юношу.
— Та самая Ноэлева Эвон? — Воскликнул Фредерик, окидывая меня быстрым любопытным взглядом.
— Ноэлева?
Непонимающе посмотрела на некромантов. Было в этом слове что-то странное, с привкусом… принадлежности? Мог ли Ноэль рассказывать обо мне? Определенно. Вот подруги знают о существовании барона и даже нашей дружбе. Без особых подробностей, правда, потому как, боюсь, они стали бы ревновать к нашим проделкам, но ведь это было бы глупо! Понятно, что с девочками я бы не отправилась смотреть на оленят в приакадемскую рощу, а с Ноэлем — пожалуйста!
Юноши, между тем, с интересом меня оглядели с головы до ног, заставив непроизвольно задрать подбородок. Оценивают? Ну и пусть. Да я не так красива, как Армель, но, право слово, что настоящей дружбе красота? Можно подумать, будь Ноэль крив или кос, я бы прекратила с ним общаться!
— Так что же, месье, вы проводите меня?
— Разве Ноэль не должен уехать с рассветом? — С сомнением протянул месье Фредерик, покачав головой.
— О! Тогда тем более, я обязана увидеть барона!
— Стоит ли? — Задумчиво изрек маленький некромант, — юной мадемуазель не стоит появляться в наших подземельях. Ваша репутация…
— Будет ли Ноэль рад…
— Какое это имеет значение здесь и сейчас! — Воскликнула, оборвав Фредерика, начиная подозревать худшее: друг таки отвернулся от меня, раз у юношей, которые совершенно точно меня «узнали», есть сомнения в реакции барона. — Слухи по университету могут и не пойти, а месье Ноэль уже уедет! Неужели вы не понимаете, что наша дружба под угрозой?
За моей спиной послышались шаги и я осеклась: ведь меня могли услышать! Как бы я не храбрилась, сплетни — это последнее, что мне сейчас нужно, ведь вдвойне обидно, если тебе приписывают какие-то особенно мерзкие поступки.
Юноши так же насторожились и, переглянувшись, решительно кивнули друг другу. Низенький некромант, приложив палец к губам, и, призывая, таким образом, к тишине, потянул меня за руку к себе. Я сначала испугалась, что же такого хотел сделать студент, уж не поцеловать ли? А то в университете, похоже, все помешаны на поцелуях и с такой легкостью раздают их налево и направо, будто это кота погладить! Я при всех своих попытках выглядеть как можно более «современно» и «в духе столицы», никак не могла это уложить в своей голове. Разве поцелуй это способ решения всех проблем? Прикосновение губ любимого человека это таинство для двоих! Волнительное, пьянящее похлеще любого вина. Чтобы как в романах: и ноги подгибались, и воздуха не хватало, а вокруг ничего не видно, потому что разве есть что в целом мире, кроме любимого? Но уж точно, поцелуи — не способ отвлечь внимание!
— Тут ниша, мадемуазель, спрячьтесь, — прошептал одними губами некромант, заметив, наверное, страх в моих глазах.
Я с облегчением выдохнула и кивнула, мышкой юркнув мимо юношей к укромному уголку.