— Значит, в тебе совершенно не развиты природные инстинкты, — парировал Люк.
Застегнув юбку, Лиззи наконец ощутила достаточно храбрости, чтобы повернуться к нему лицом. У нее перехватило дыхание, когда она увидела, что у мужа обнажен торс. На его широкие плечи мягко падал свет лампы. Лиззи с трудом отвела от него взгляд и поэтому не заметила, что Люк засмотрелся на ее грудь и соски, которые возбужденно торчали под топиком.
— Я не собираюсь извиняться. Это вообще не должно было произойти.
Люк взял что-то с кровати и ответил:
— Вот… — кинул он это ей. — Тебе лучше прикрыться. Если мои люди увидят тебя, у них случится припадок.
Убив этими словами едва зародившуюся храбрость жены, Люк надел черную футболку и вышел. Лиззи взглянула на бюстгальтер, который она держала в руках, и затем перевела взгляд на свою грудь. Если можно было бы умереть от смущения, то это непременно случилось бы с ней.
Остаток полета они провели в тишине, лишь изредка перекидываясь ничего не означающими фразами. Поела только она, Люк лишь пил кофе. И на этот раз на столе не было ни грамма алкоголя.
Вскоре Люк достал свой портфель и углубился в изучение каких-то бумаг. Лиззи тоже хотела чем-нибудь заняться, но это было невозможно. Теперь она играла роль жены богатого мужа,
которого ни в коем случае нельзя отвлекать во время работы. Ее секретарской деятельности в фирме отца пришлось положить конец. Поэтому теперь ей совершенно нечего было делать. Молодожены улетели так быстро, что она даже не успела взять с собой книжку.
В конце концов Лиззи снова задремала. Она поджала под себя ноги и положила голову на спинку кресла. Когда она проснулась, то обнаружила, что ее накрыли пледом, а Люк все еще внимательно читает бумаги.
Лиззи не могла отказать себе в удовольствии понаблюдать за ним. Периодически Люк что-то черкал на бумаге, и Лиззи неосознанно читала его пометки.
— Ты неправильно написал слово «неокончательно», — неожиданно для себя сказала она.
Люк замер и медленно повернул голову в ее сторону.
— Я все написал правильно, — гордо заявил он.
— Ты написал «а» вместо «о», — настаивала Лиззи. — То предложение, где говорится, что решение неокончательно.
— Ты разбираешь мой почерк? — с любопытством спросил Люк. — До мелочей?
Лиззи кивнула:
— Ты же пишешь по- английски. Это в итальянской орфографии я не сильна.
— Так же как и в английской, — хмыкнул в ответ Люк.
Лиззи взглянула на мужа. В его глазах не было и тени сомнения. Следовательно, он либо не хотел признавать свою ошибку, либо Лиззи все же была не права.
Она скинула плед и взяла бумагу. Внимательно прочитав предложение, протянула лист обратно, не сказав ни единого слова.
Люк нахмурился, взглянул на документ и рассмеялся:
— Ах ты, рыжая ведьма, — сказал он и аккуратно исправил «а» на «о».
— Мои волосы не рыжие, — запротестовала Лиззи.
— Какие же они тогда?
— Каштановые. И очень непослушные, — добавила Лиззи, убирая прядь со лба.
— Как и их хозяйка.
— Значит, ты заметил, что меня не так просто приручить.
— Заметил, — кивнул Люк.
— А ты не заметил, что я девственница? — просто спросила она.
ГЛАВА 6
Если Лиззи хотелось удивить Люка, то она в этом преуспела. Он попытался встать, но лишь уронил бумаги и стукнулся коленом о стол.
— Это ты так шутишь? — зло поинтересовался он.
Лиззи не ожидала такой реакции и быстро натянула на себя плед, будто он мог ее защитить от гнева разъяренного льва.
— Я просто… подумала, что лучше сказать об этом до того, как все снова… зайдет слишком далеко, — объяснила она и покраснела, так как эти слова показались ей чрезвычайно глупыми и наивными.
— Девственница, — повторил Люк. — Как ты додумалась сообщить мне об этом ни с того ни с сего?
— А чего ты ждал от меня? — развела руками Лиззи. — Мне надо было вписать соответствующий пункт в твой дурацкий контракт, чтобы у тебя было время осмыслить сей факт?
Люк побелел от злости.
— Еще чуть-чуть — и мы бы занялись любовью…
— Нет, я остановила это, — напомнила она ему. — А ты счел это издевкой. — (Люк покачал головой и отвернулся от нее.) — Я… я хотела все объяснить раньше, но ты так ужасно себя вел… Теперь я вообще жалею, что сказала об этом.
— Я тоже, — пробормотал он и подошел к бару.
— Если тебя это так сильно задевает, то почему ты не воспользуешься своим традиционным приемом и не поменяешь жену… на более опытную?
— Меня это не задевает, — ответил Люк. — И это не я заменил Бианку, как ты изволила выразиться. Она сама от меня сбежала.