— У тебя слишком бурное воображение, — бросил Люк.
— Я хочу посмотреть на снимок, — повторила Лиззи.
Люк остановил машину у дома и вышел. Лиззи последовала за мужем. Ее совершенно не устраивало его поведение. Он отмахивался от нее, как от назойливой мухи.
— Если ты хочешь изучить весь дом, дорогая, я буду рад устроить тебе экскурсию. Уйди, Нина.
Лиззи обернулась и увидела быстро откланявшуюся экономку. Невозможно было поверить, что человек может быть настолько самоуверенным. Лиззи сжала кулаки так, что ногти впились ей в кожу.
— Если весь мир видел эту фотографию, то я тоже хочу! — воскликнула она.
— Уверяю тебя, не хочешь, — заявил Люк, улыбнулся, а потом вздохнул, когда Лиззи отвернулась и направилась к двери.
Она открыла дверь и ахнула, увидев портрет женщины.
— Дикарка, — прошептала Лиззи, поняв, что случайно ошиблась дверью и зашла в какой-то кабинет. — О боже, — добавила она и приблизилась к картине.
— Княгиня Александра де Сантис, — сказал Люк. — Важная дама, плохая мать, замечательная бабушка и моя английская дикарка.
— Мы с ней похожи, — признала Лиззи.
— Кажется, Нина уже это говорила.
— Но ты — нет, — возразила она, не в силах отвести взгляд от женщины небесной красоты.
— Твои волосы темнее и глаза серые, а не голубые.
Но овал лица, фигура и взгляд были похожи как две капли воды.
— Сколько ей здесь лет?
— Сорок девять, — ответил Люк, чем еще больше поразил Лиззи. Она думала, что княгине на портрете не больше восемнадцати. — Дедушка заказал этот портрет как подарок к ее юбилею. Он утверждал, что только ее красота сохраняет их брак. И она соглашалась с ним, хотя и знала о его многочисленных любовных похождениях.
— Хочешь сказать, что она его любила.
— Мне нравится так думать. Но, по- моему, дедушка не заслуживал такой благосклонности. Однако развод в Италии в то время не
приветствовался.
— И она заставила мужа платить как-то по-другому? — предположила Лиззи.
— Проницательно, — заметил Люк после некоторого молчания.
Потому что мне кажется, будто я знаю ее как себя, подумала Лиззи.
— Ты сейчас сравниваешь меня с дедом, — сказал он.
И это было очень проницательно с его стороны.
— Ты берешь то, что хочешь, — заявила Лиззи. — И веришь, что у тебя есть такое право. При этом тебе наплевать на других. — Повернувшись к мужу, она гордо вздернула подбородок. — А теперь я хочу увидеть фотографию.
Люк медленно перевел взгляд с портрета на Лиззи. Его лицо было непроницаемым. Сравнивал ли он ее с бабушкой? Женился ли на ней потому, что она напоминала ему единственного человека, которого он любил?
Ее сердце билось в бешеном ритме, так как Люк продолжал молчать. Но она не собиралась теперь отступать.
— Мы снова ссоримся, — наконец сказал он.
— И ты продолжаешь верить, что победишь. Я умею пользоваться компьютером, — сообщила Лиззи. — И если ты подскажешь, в каком направлении искать…
Люк лишь улыбнулся. Лиззи больше не могла выносить такое напряжение. Ее грудь вздымалась, а соски превратились в набухшие бутоны.
Люк прекрасно это видел и не отрывал от нее взгляд до тех пор, пока Лиззи не сдалась и не опустила глаза.
Теперь она видела его шею. Ту самую шею, с которой все началось, напомнила себе Лиззи. И одно это воспоминание заставило ее покраснеть.
— Лучше я пойду и… — пробормотала она.
— Трусишка, — рассмеялся он, и уже в следующее мгновение жена оказалась в его объятиях.
Поцелуй был глубоким, страстным и очень долгим. Когда он завершился, Лиззи с трудом могла дышать. Она прижималась грудью к Люку и чувствовала его реакцию на ее близость.
— Я бы хотела, чтобы ты перестал хватать меня, когда тебе вздумается, — выдохнула она.
— Я играю не по правилам, — напомнил Люк и снова пленил ее поцелуем. На этот раз Лиззи обняла его за шею.
— Быстро или медленно? — поинтересовался он, продолжая ласкать ее губы. — Быстро означает, что мы скидываем с себя одежду прямо здесь и устраиваемся на диване или на полу. Медленно — уединяемся в нашей спальне. Выбирай.
— Не знаю, — беспомощно пробормотала Лиззи. — Я не очень в этом разбираюсь.
— Поверь мне, дорогая, ты отлично во всем разбираешься, — ответил Люк.
Его голос был настолько чарующим, что Лиззи сдалась. Она поцеловала, а затем лизнула бронзовую кожу на его шее. Люк выругался, и Лиззи это завело еще больше. Муж взял ее за запястья и сказал:
— Прости.
Люк схватил жену за руку и потащил в спальню, единолично решив, где продолжится это безумство. Закрыв дверь, он посадил ее на кровать и распорядился: