Лиззи была достаточно зла, чтобы именно так и поступить. Назло ему она могла пойти в самый шикарный отель города в платье, которое не снимала уже два дня, потому что была слишком расстроена, но…
— Ужин, — задумчиво повторила она. — Это все? Потом ты привезешь меня домой и перестанешь запугивать?
— Да, — ответил Люк по-итальянски, убеждая ее, тем самым, в своей искренности.
Не сказав ни слова, Лиззи развернулась и гордо поднялась по лестнице в свою комнату. Возможно, если бы она оглянулась, то увидела бы, как Люк провел рукой по лицу, будто снимая с себя напряжение.
Когда она спустилась, на ней был длинный плащ, а под ним — единственное приличное платье, которое висело в ее шкафу. Черное, закрывающее колени, шею и руки.
Люк уже ждал жену в холле. Они сели в арендованный «Бентли» и поехали в ресторан.
Оба молчали. Это было похоже на затишье перед бурей, поэтому Лиззи безуспешно пыталась успокоить свои нервы.
«Лангвел Холл» оправдал ее ожидания. Выполненный в старинном стиле, он поражал роскошью. Повсюду были зеркала, золото и эксклюзивная мебель.
Их проводили к столику. Кто-то невидимый забрал их плащи. В зале горел слегка приглушенный свет, создавая интимную обстановку.
Люк жестом отпустил метрдотеля и сам помог Лиззи сесть.
— Тебе бы пошли бриллианты, — прошептал он ей на ухо.
— Плохой способ задобрить меня, — парировала Лиззи.
Она вспомнила про бриллианты Бианки. Когда Люк сел напротив, ей стало ясно: он понял, о чем она думает.
— Тогда изумруды, — поправился он. — Они лучше подходят к твоим глазам.
— Это лесть, — не поддалась Лиззи. — И у меня серые глаза.
— Нет, сейчас они зеленые. — И Люк улыбнулся, так как она покраснела. Они оба знали, что глаза Лиззи меняли цвет, только когда ее охватывала страсть.
Видимо, было неважно, какого рода эта страсть.
Официант предложил Люку карту вин, но тот отмахнулся и заказал свое любимое вино. Статус этого отеля не позволял официанту даже секунды промедления, поэтому тот сразу положил перед ними меню.
Лиззи открыла его и сделала вид, что изучает от корки до корки. Люк же откинулся на спинку стула и начал изучать ее лицо.
— Прекрати, — сказала Лиззи, даже не взглянув на него.
— Мне нравится смотреть на тебя, — объяснил он. — У меня иногда даже дух захватывает.
— Секс. — Лиззи нашла подходящее название для этого явления.
— Ты хочешь от меня больше, чем просто секс?
Этот вопрос заставил Лиззи сконцентрироваться. Однако она все еще не поднимала глаз.
— Я не настолько сильна во французском, чтобы все здесь понять, — пробормотала женщина, указывая на меню. — Тебе придется переводить.
— Ti amo, — сказал он по-итальянски. — Это значит «Я тебя люблю».
Лиззи вздрогнула от этих слов и чуть не уронила бокал.
— Это итальянский, а не французский, — беспомощно взглянула она на Люка. — И не надо мной издеваться… — Ей не справиться со слезами. — Или я уйду…
Но по выражению его лица видно, что у него и в мыслях не было издеваться над ней. И Люк выглядел абсолютно серьезным, когда достал что-то из кармана и положил перед Лиззи.
Она наклонилась и замерла.
— Скажи мне, — тихо произнес Люк, — что именно в моей записке расстроило тебя до такой степени, что ты скомкала ее и кинула на пол?
Лиззи покачала головой, пытаясь сдержать слезы.
— Я… я не знала, что она упала на пол.
— Эта часть? — спросил он, будто не слышал ее ответа, и указал на то место, где было написано «ужин в восемь». — Эта часть, потому что ты решила, будто я снова командую, а не вежливо приглашаю? Или дело в другом, дорогая? — спокойно продолжил он. — Может, я был недостаточно романтичен, когда писал, что это наше первое свидание?
Он прекрасно знает, какая часть записки расстроила ее. Он просто играет с ней, поджидая наилучшего момента, чтобы унизить.
— Я больше не хочу это слушать. — Лизи вскочила.
Люк тоже встал и схватил ее за запястья, не давая ей возможности уйти.
— Я тебя люблю, — сказал он.
— Нет, — прошептала она, изо всех сил пытаясь вырваться.
Но Люк еще сильнее сжал ее руку.
— Я люблю тебя, — повторил он. — Я буду говорить это до тех пор, пока ты меня не услышишь.
— Так же, как ты пошутил по этому поводу в постели?
Она выпалила эти слова до того, как вспомнила, что они не одни. Теперь все посетители ресторана смотрели в их сторону. Но Лиззи не могла забыть, как сильно он ранил ее тогда.
— Я постарался исправиться. — Люк смотрел ей прямо в глаза. — Я написал эти слова, чтобы ты поняла, что я действительно люблю тебя. Но ты восприняла их как очередную шутку.