— Козел! — срывается с губ, ловлю взгляд Эндрю.
«Услышал или просто так посмотрел? — вскипают мозги. — А, плевать!»
Босс провожает меня в подсобку, передает на руки начальнице и исчезает. Как только он выходит за дверь, шумно выдыхаю. Только сейчас поняла, что все это время держала в себе слишком много дерьма.
— Что, тяжко?
Пухлая женщина средних лет смотрит на меня с любопытством. На ней надета униформа — голубой брючный костюм, застегнутый на белые пуговицы, на голове аккуратная шапочка.
— Ага, — отвечаю ей и оглядываюсь. — Куда мне идти?
— Сначала инструктаж, — женщина достает журнал, раскрывает его. — я Ирина Викторовна. А тебя как звать?
— Соня. София.
— Так вот София, — начальница положила на скамейку пакет с униформой. — Одевайся и слушай сюда. Босс у нас строгий, но справедливый. Если проштрафишься, накажет рублем.
— Велика ли у вас зарплата! — фыркаю я. — Разве что на проезд.
Ищу глазами какую-нибудь ширму, чтобы спрятаться, не нахожу и просто стягиваю скинни. Кожа мгновенно покрывается мурашками: в помещении прохладно. Натягивая брюки, затем куртку, гляжусь в зеркало. Униформа сидит ладно, будто на меня сшита. Начальница одобрительно кивает.
— Ну, какая ни есть, а вся наша. Основной оклад он не трогает, а вот премии лишишься.
— Плевать.
Пристраиваю на макушку шапочку, но розовые пряди торчат во все стороны. Ирина Викторовна протягивает мне коробку с заколками.
— Выбирай любую. Этого добра у нас навалом. А премия у нас может быть в два, три раза больше зарплаты. Так что, смотри.
— Он такой щедрый? — наконец заинтересовываюсь я.
— Доход у бара отличный, Андрей Николаевич — хороший бизнесмен, всегда чувствует тренды и следует за ними.
Удивленно смотрю на уборщицу. Она роется в шкафу, вытаскивает ведра, швабры, какие-то тряпочки, средства, ставит все на тележку на колесиках. Надо же! Полы моет, а рассуждает о трендах. Неприятно осознавать, что Эндрю вовсе не такой мудак, каким я его себе представляла.
— Ясно. Значит, при хорошей работе и получать буду больше.
— Да ничего теперь неясно! — вскрикивает начальница. — На днях какая-то безмозглая курица в полицию настучала, теперь у заведения крупные неприятности. Я вообще удивилась, что босс нанял новую сотрудницу. При теперешних делах и старым не хватит на зарплату.
Пока она говорила, я медленно заливаюсь краской. Через минуту пылает лицо, горят огнем уши, жар распространяется на шею. Обмахиваюсь ладонью.
— Где мой объект уборки?
— Пошли, покажу, — Ирина Викторовна подозрительно смотрит на меня. — Ты не больна часом? Что-то выглядишь неважно.
Я, не отвечая, выхожу в коридор. Здесь полумрак, мое смущение не так заметно. Издалека доносятся первые аккорды знакомой мелодии.
— Ох, Виктор Цой! — взвизгиваю восторженно.
— Ага, босс сам решил тряхнуть стариной.
— Можно мне посмотреть. Ну, пожалуйста!
Умоляюще складываю руки на груди, внутри растет знакомое чувство рок-фанатки, которая при первых звуках впадает в нирвану.
— Иди уже. Я на втором этаже пока уберусь. Основной зал не трогай, если только гости не позовут.
— А они могут позвать?
— Всяко бывает. Стакан разобьет, напиток прольет, иногда и до драки доходит. Охранники сс скандалистами справляются сами, а вот убирать грязь нам приходится.
Ирина Викторовна пошла впереди, я потащила за собой тележку. В принципе, не так уж и плохо. Мне теперь платить за вход не нужно будет, и концерты бесплатно слушать стану, глядишь, автографы всех звезд, соберу, вот Линка позавидует!
Воодушевленная открывшийся перспективой, иду на звуки музыки. Тележку оставляю в коридоре, сама тихонько выхожу в зал и становлюсь у входа, чтобы был шанс удрать, если заметят. Перевожу взгляд на сцену и застываю.
Андрей стоит в том же кожаном прикиде, который я видела на нем в первую встречу. На оголенных руках играют мышцы, в треугольном вырезе жилета виднеется мускулистая грудь, так и хочется расстегнуть пуговицы и посмотреть, что там, ниже, пересчитать кубики.
Он перебирает струны гитары. Начальник охраны, полчаса назад несший меня на плече к боссу, сейчас тоже выглядит по-иному. На нем много кожаной одежды, украшения сияют в лучах прожекторов, черная бандана, разрисованная черепами, подчеркивает мужественное лицо. — Красавчики! — шепчу едва слышно.