Что он там сочиняет? Алевтина с испугом смотрела на своего, то есть не своего, мужчину.
— О, да! — согласно кивнула тетя Даша. — Спешить нельзя, а то потом можно пожалеть.
— Вспомни, Даша, как скоропостижно закончился твой второй брак с Арсением, пусть земля будет ему пухом. И что? Зато теперь тебе о нем напоминает только колечко с бриллиантом в три карата.
— По крайней мере оно милее, чем те камешки, что тебе подарил твой третий муж, Маша. Любил он пустить людям пыль в глаза, — обе старушки мило улыбались, вспоминая молодость. От нахлынувших воспоминаний они даже вздохнули несколько раз и закатили глаза.
А потом еще раз внимательно осмотрели стоящую перед ними парочку. Алевтина выдохнула только тогда, когда тетушки сообщили, что собираются остановиться в гостинице, аргументируя свой поступок тем, что не хотят навязываться и мешать молодым. Знают все… Сами были такими…
Тетя Маша подхватила под руку свою сестру, подмигнула с пониманием и сказала, что совсем рядом находится таверна “В гостях у Сокола”, где и еда, и напитки на высшем уровне.
“Не знаю на счет еды, но напитки там точно тянут на пять звезд”, — подумала Алевтина. Потом вдруг она вспомнила, что хозяином этой таверны является Роман Соколик, брат Игоря.
А это может означать только одно: тетушки скоро обо всем узнают. И тогда над ней будет смеяться весь город.
Скорее всего придется искать новое место жительства, а не только работу.
Может быть даже, сменить имя и перекрасить волосы.
Нет, лучше сделать пластическую операцию…
Все это промелькнуло в голове у Алевтины, когда тетя Даша повернулась и сказала:
— Мы ждем вас на обед. Встречаемся в таверне ровно в два часа дня. Очень хочется узнать, как вы нашли друг друга. Мы любим такие истории, — Алевтина уже собралась бежать за женщинами, чтобы все отменить, но тут в разговор вмешался Игорь:
— Мы обязательно придем! — усмехнувшись, пообещал он и помахал им вслед рукой.
Тетя Маша и тетя Даша весело зазвенели своими браслетами. И под этот звон царственной походкой покинули дом племянницы. В который раз Алевтина закрыла глаза и помечтала о том, чтоб это был просто кошмарный сон. Ей казалось, что она сейчас откроет глаза, и ее жизнь станет такой, как прежде. Но этого не произошло…
Перед ней очень близко находилось лицо бывшего шефа. Он улыбался, заглядывая ей в глаза. Не может быть…
— Да, здорово получилось, — небрежно сказал он, намеренно растягивая слова, словно получая от этого удовольствие.
Алевтина сердито сбросила его руку со своего плеча и, застонав, присела на диван:
— Что здесь хорошего? Я так и не сказала им всей правды, и теперь нам придется с ними еще и обедать. На глазах у многих людей. Ты хоть представляешь, что все это значит?
Она упала на диван, схватила симпатичную подушечку с цветочками и закрыла ею свою голову.
— Все в порядке. И перестань уже называть меня по имени и отчеству. Ты же хочешь выпутаться из этой ситуации? Расслабься и не сжимайся вся, когда я к тебе подхожу.
Задумавшись над словами Игоря, девушка поняла неожиданно, что так оно и есть на самом деле. И не нашла, что ответить, кроме того чтобы указать ему на дверь. Но уходить этот упертый шеф не собирался.
— Нет. Я не уйду до тех пор, пока мы не поговорим об этом.
Алевтина только покачала головой.
— Я такое вытворяла прошлой ночью, что мне теперь стыдно смотреть тебе в глаза. Мне хочется сбежать на край света.
— И что такого ты вытворяла? — Игорь уже не мог сдерживаться от смеха.
— Ну… Первое, я наврала тетушкам, что ты мой жених. Второе, напиток действительно был вкусным, и я… — она махнула рукой. — Третье, я… — и Алевтина заплакала.
Видимо, вспомнив, как раздевалась. Этого от нее Игорь не ожидал. Он не переносил женских слез. Поэтому он встал, поднял девушку с дивана, а затем нежно обнял за плечи:
— Все люди имеют право иногда расслабиться. И ты не исключение. Ты была просто очаровательна, — когда он дотронулся до ее лица, сердце запрыгало в груди. — А сейчас будем учиться называть меня по имени. Просто скажи “Игорь”. Ты же хочешь, чтобы тетушки оставили тебя в покое?
— Хотелось бы…
— Тогда я — твой мужчина, — ее щеки покраснели, и она забыла слова. — Пока тетушки не уедут… На эти две недели я всецело твой. — В голове у Алевтины все смешалось, трудно стало дышать. О чем он говорит? — Да, я могу изображать твоего жениха. Твои тетушки будут счастливы и спокойно отправятся в очередной круиз. А потом жизнь пойдет, как прежде. Ради того, чтобы ты осталась, я готов на все.