- Эльза, прошу, прими мои душу и сердце. Стань моей женой.
Девушку предложение ошарашило:
- Женой?! Но я... Но ты...
- Мои чувства тебе известны, - твёрдо и спокойно воин произнёс. - Или же я тебе не люб?
- Люб... - покраснев, девушка прошептала.
- Тогда за чем же дело стало?
- Но я колдунья...
- Что ж... В хозяйстве пригодится.
- Упрямая...
- Но так и я упрям.
- Жестокая...
- Жестокостей немало я повидал в сражениях.
- И нежности во мне ни капли...
Риман улыбнулся:
- Тут я готов поспорить. Для меня нежней колдуньи нет на белом свете.
На несколько мгновений Эльза задумалась. Но почти тут же рассмеялась:
- Ну что же, коли так, то я согласна.
Воин, себе от радости не помня, Эльзу в объятьях сжал и, было, потянулся к её губам, но тут...
- Кхе-кхе, - влюблённые совсем забыли, что не одни в комнате. Эльза смутилась, а Риман нехотя отпрянул. Король, опять надевший свою маску равнодушия, не стал им долго надоедать. И благосклонно будущим супругам счастья пожелав, стал собираться в обратный путь. Обязанности короля надолго он не мог оставить.
А перед отъездом, почему-то грустно улыбаясь, пообещал устроить им пышную свадьбу во дворце. Эльза, было, открыла рот, чтоб запротестовать, но монарх прервал её попытки властным жестом:
- Откажешься - обижусь. А обида короля недёшево обходится простолюдинам.
Колдунья усмехнулась, но перечить не стала более. А король, изъявив свою волю, уехал обратно во дворец.
Риман остался в башне заботиться о будущей жене. А та на удивление быстро поправлялась. Вскоре уж пропала с её лица болезненная бледность. Но колдунья ещё была слишком слаба и дни по-прежнему в постели проводила.
Однажды воин сидел рядом с кроватью, наблюдая, как Эльза читает увлечённо книгу, которую ей подарил король, когда колдунью навещал в последний раз.
- Скажи, а ты не думала, что, может, король в тебя влюблён?
Девушка удивленный взгляд от книги подняла и усмехнулась:
- Влюблён? Ну только если в мою силу.
Риман упрямо головой качнул:
- Нет, ты определенно дорога ему.
- Возможно, - чуть пожав плечами, Эльза ответила.
- Возможно?! - воина обуяло негодование. - И ты так спокойно об этом будущему мужу говоришь?!
- Ты сам спросил, - девушка фыркнула. И уже серьезней продолжила:
- Но я не думаю, что это любовь. Знаешь, прежний король ко мне, как к дочери, старался относиться. Сначала даже во дворец хотел забрать, только я отказалась.
- В пять лет решила в одиночестве жить в старой башне? И впрямь упрямая, - по-доброму Риман невесте попенял.
Эльза улыбнулась:
- Какая есть. Так вот, король меня потом частенько в башне навещал и каждый раз с собой брал сына. Тот шалопаем был ещё тем, хоть и старше меня на семь лет. Проказ немало мы с ним устраивали над его отцом и слугами. Быть может, ты меня сочтешь высокомерной, но для меня он был, как брат. И был, и есть.
- Но это для тебя. А для него? - не отпускала ревность воина.
Девушка вздохнула:
- Очень рано ему пришлось взвалить на себя бремя власти. Когда его отец, заболев, умер, король остался совсем один в своем дворце, полном льстецов и лицемеров. Да, были среди них и люди преданные, честные и верные. Но... Для них он, прежде всего, был королем. Монархом. Пожалуй, я единственная в нем видела не правителя, а просто близкого человека. Немудрено, что у него особые могли возникнуть чувства. Но это не любовь. Вернее, любовь не та. И я уверена, что когда-то он тоже сможет отыскать свою судьбу.
Риман не мог не улыбнуться в ответ на нежную улыбку. Да черт с ним, с королём! Он девушку к себе привлёк, приник к устам нежданным, страстным поцелуем.
Что бы не чувствовал монарх, он упустил свой шанс. Не он сейчас в объятьях Эльзу сжимает и целует. Не за него девушка скоро выйдет замуж. А Риман, истинную любовь познав, уж никому на свете свою колдунью не уступит.
Вместо эпилога
Свадьбу устроили, как только Эльза смогла подняться на ноги. Возможно, ей бы стоило ещё окрепнуть, но Риман ждать не хотел. Частые визиты короля его смущали. Воин понимал, что его ревность беспочвенна, но ничего не мог с собой поделать.
Эльза над его переживаниями лишь посмеивалась, однако скорой свадьбе не противилась. Правда, у них и без того немало было поводов для споров. Что сделаешь, упрямцы оба.
Риман, до сих пор с ужасом вспоминавший последствия от снятия волшебного шита, был твёрдо намерен с девушкой вернуться в родимый дом и её заставить забыть о колдовстве. Да только ни за что колдунья не хотела старую башню оставлять. И колдовство бросать не собиралась. Воину лишь оставалось досадовать на своенравность будущей жены. Однако в глубине души не мог он не признать, что даже перепалки с Эльзой ему нравились.