Перед домом Дзараха.
Из дома выходит Н а д я. Появляется К а з б е к.
Н а д я. А я так хотела видеть вас!
К а з б е к. Важное дело?
Н а д я (улыбаясь). Для нас с дочерью очень важное.
К а з б е к. Говорите, Надя. Я слушаю. О женихе, наверное?
Н а д я. О нем, о нем… Не знаю, как поступить…
Появляется Д з а р а х.
Ох… некстати. Ваш брат… Зайдете вечером?
К а з б е к. Непременно. После работы — прямо к вам.
Н а д я. Буду ждать. (Уходит.)
Д з а р а х. О-о, брат дорогой! Как можно так долго не заходить к брату?
К а з б е к. А ты взял бы да сам и навестил. Как-никак я все же старше. Ты даже не приходишь на вызовы.
Д з а р а х. Я бы хотел сначала видеть тебя дома… В честь твоего возвращения барана бы заколол… Наверно, тебе и помочь чем надо?
К а з б е к. Спасибо, брат. Я ни в чем не нуждаюсь.
Д з а р а х. У Нади, вдовы нашего брата-героя, был, а к нам наверх не поднялся…
К а з б е к. Наверх подыматься мне уже трудно… А с тобой вот хотел поговорить по делу.
Д з а р а х. Давай поднимемся ко мне. По чарочке коньячку пропустим, закусим. Заодно и о делах поговорим.
К а з б е к. Перенесем на другой раз, когда барана зарежешь. Сейчас времени нет. А все же… почему ты на мои вызовы не являешься?
Д з а р а х. Занят, понимаешь… То в райком, то в горком, то в обком вызывают. Государству планы нужны. Вот и теперь домой забежал на минутку. На службе ждут меня. Если неотложное дело, то, может, здесь скажешь, накоротке?
К а з б е к. Накоротке не получится. Дело одно ко мне поступило… Читаю, анализирую, и после множества зигзагов — все следы ведут в твой дом.
Д з а р а х. Какое дело? Какие зигзаги? Какие следы? О чем ты говоришь?
К а з б е к. Жалобы, адресованные комитету народного контроля. Жалобы вместе с актами…
Д з а р а х (стараясь улыбаться). А-а… Чепуха!.. А я подумал, что серьезное… Очередные кляузы. Так я их знаю. Копии этих кляуз у меня в столе.
К а з б е к. У тебя? А откуда они у тебя появились?
Д з а р а х. Имеются благожелатели. Присылают кляузы эти «для принятия мер».
К а з б е к. И ты принимаешь меры?
Д з а р а х. А как же?! Критика — дело важное.
К а з б е к. А они все пишут и пишут в народный контроль… эти «кляузники». Наверное, не знают, что я братом тебе довожусь?
Д з а р а х. Так это же лучше, что они в родственные руки попадают, а не в чужие… Мы с тобой как-никак братья…
К а з б е к. Да, Дзарах, мы с тобой братья. Но не только братья. Мы — коммунисты… И я старше тебя и по возрасту, и по стажу… Ты понимаешь меня? Если бы ты был на моем месте, как бы ты поступил?
Д з а р а х. Я? Я бы сжег эти кляузы — и все!
К а з б е к. А если это не кляузы, а правда? Как бы ты ответил партийному руководству?
Д з а р а х. Так же, как отвечал до сих пор.
К а з б е к. А как ты отвечал до сих пор?
Д з а р а х. «Письмо расследовано, факты не подтвердились». Можно еще прибавить, что это клевета, кляуза.
К а з б е к. А если в них правда? (Смотрит на особняк.)
Д з а р а х. Кто тебя контролирует?
К а з б е к. Есть контроль даже над народным контролем.
Д з а р а х. Кто?
К а з б е к. Совесть… Партийная, человеческая совесть…
Д з а р а х (смеется). Ах, брат, брат!.. Совесть — глупая наивность, вот что сейчас совесть. Разве ты не знаешь, как в наше время быстро меняются понятия? Общественный, научно-технический прогресс выводит совершенно нового человека, с новыми понятиями о жизни, с новыми отличительными качествами.
К а з б е к (тоже с улыбкой). Смотри, как ты философствуешь! Скажи, брат, разве категории нравственного характера не входят в число отличительных качеств нового человека?
Д з а р а х. Конечно, входят.
К а з б е к. А ты сам из которых? Из тех, которых научно-технический прогресс «вывел», как цыплят в инкубаторе, или из тех, которых этот прогресс еще не коснулся?
Д з а р а х. Все шутишь, брат? Я руковожу сотнями людей… Не могу же я плестись в хвосте…
К а з б е к. А разве научно-технический прогресс отрицает такие качества в человеке, как совесть, правда, честность и скромность в общении с людьми?
Д з а р а х. Разумеется, не отрицает.
К а з б е к. А вот на тебя пишут, как ты называешь, «кляузы» эти самые новые люди. В их письмах говорится, что ты нечестен, что совести у тебя нет, что ты морально и нравственно нечистоплотен… На руку нечист. Скажи, брат, это глупая наивность или нечто другое?