Б е р д о в (разозлясь). Что ты кричишь? Не можешь тише, да?
К а з б е к (так же громко и независимо). А мне нечего скрывать и бояться. (Отворачивается и собирается уходить.)
Б е р д о в. Вернись! Я созвонюсь с прокурором. А пока придет от него бумажка, я дам тебе официальное поручительство. (Пауза.) Освободи парня!
К а з б е к. Сказал, не могу.
Б е р д о в (все более сердясь). А я говорю — выпусти! Не компрометируй, повторяю, районное руководство. Где нужно, там вас нет; настоящих преступников не арестовываете, а из-за пустяков…
К а з б е к (взволнованно перебивает). Это не пустяк! А о каких преступлениях ты ведешь речь, о каких преступниках?
Б е р д о в. О тех, кто бросил гранату в мой кабинет. Разве не понятно, что это следовало бы квалифицировать как террористический акт?
К а з б е к (рассмеявшись). Гранату?! Если бы бутылки с самогоном были оружием террористов, в районе мало кто остался бы в живых — многие переселились бы уже на тот берег.
Б е р д о в. Что это еще за «тот берег»?
К а з б е к. Как что — кладбище, царство теней.
Молодежь приглушенно смеется, внимательно слушая.
Б е р д о в. Разыгрываешь меня?
К а з б е к. Зачем же? В ваш кабинет кто-то из молодых озорников забросил недопитую бутылку. И что же — прикажете мне всех их арестовать?
Б е р д о в. Не всех, а того именно, кто бросил эту бутылку.
К а з б е к. Из всех, кто был в тот день на площади, все в один голос твердят: «Это я бросил».
Б е р д о в. Что за бред? Ты выяснил, почему такая круговая порука?
К а з б е к. Говорят, потому, что ты не строишь им клуб.
Б е р д о в. А на какие средства строить? Молодежь-то у нас в основном колхозная, пусть колхоз и строит. (Без какого-либо перехода.) Последний раз тебе говорю: освободи Жору! Или придется тебе расстаться с работой!
Во двор входит Д з а б о, замечает молодежь.
Д з а б о. Что вы прячетесь здесь?
Жестами и мимикой молодые люди призывают его говорить тише. Из окна выпрыгивает Л е н а.
Л е н а (обращаясь к Дзабо). Дзабо, задержите мое начальство на некоторое время, я скоро вернусь. (Убегает вместе с молодежью.)
К а з б е к (Бердову). Не запугивайте меня, я ничего не совершил такого, за что меня можно снять с работы.
Б е р д о в. Уж я-то подготовлю на тебя подходящий материалец. (Замечает Дзабо.)
К а з б е к. На это вы мастер.
Б е р д о в. Хватит болтовней заниматься, можете идти!
К а з б е к. Я-то пойду! Разговор в таком тоне не пойдет! (Сталкивается с Дзабо.) А, Дзабо, здравствуйте!
Д з а б о. Привет, Казбек! Чего шумите? С Бердовым чего-то не поделили?
К а з б е к. Да вот задержал преступника, а председатель шумит: освобождай!
Д з а б о (усмехается). Да-а, ситуация.
К а з б е к. Хвала аллаху, что меня-то еще Бердов отпустил. Давай побеседуй теперь с ним ты… (Уходит.)
Б е р д о в (выглядывает из окна). А-а-а, мой старый друг Дзабо! А тебе-то от меня что надо? Или рано утром послали за тобой гонца на неоседланной лошади? Если по делам пришел, выкладывай, что там у тебя, — а то мне некогда.
Д з а б о. Угадал, пришел к тебе по делу.
Б е р д о в. Только если насчет квартиры, то не ко мне.
Д з а б о. Сдается мне, что есть в районе дела и поважнее моей жилищной проблемы.
Б е р д о в. Мой тебе совет: не суй свой нос в дела общественные, тут и без тебя есть кому разобраться — как-никак существует и районное руководство.
Д з а б о. Вот как к руководству к тебе и пришел. Но слухам, в городе вступил в строй завод, выпускающий керамические трубы.
Б е р д о в. Скажи на милость, новость какая! Я прекрасно знаю, где и что в городе выпускается. (Хочет закрыть окно.)
Д з а б о. Минуточку, не закрывайте! Я не постесняюсь и в кабинет зайти. Нельзя так решать дела. Я депутат райсовета, и избиратели обязали меня выполнить их наказ.
Б е р д о в. А я облечен еще более высокими полномочиями.
Д з а б о. Придет время — и скоро! — потребуют и от вас ответа.
Б е р д о в. Ближе к делу. Некогда мне дискуссии здесь разводить.
Д з а б о. Хорошо. Я краток: нужны трубы для водопровода.
Б е р д о в. Это и без тебя всем известно. А за то, что ты заставил прорыть двенадцатикилометровый канал, — за это самоуправство ты ответишь.