Б е р д о в. Нет, туда народ стал часто захаживать. Надо подальше от глаз… Да вот беда теперь, что будешь делать без шофера?
Ш а ф а р (подобострастно). Эх! Умей я водить машину, разве позволил бы вам волноваться?! Да выпустят вашего Баборца — говорят, невиновен он.
Б е р д о в. А кто из этих славных ребят вообще виновен? А всему виной вертихвостка, которая разыграла их, поиздевалась и даже ребра поломала кое-кому.
Входит с улицы Л е н а, стараясь, чтобы ее не заметил Бердов.
Б е р д о в. Эй, девушка! Где пропадала весь день?
Л е н а. Искала Баборца… Думала, что вам машина понадобится.
Б е р д о в. И где он? Нашла?
Л е н а. Нет.
Б е р д о в (слышит телефонный звонок в доме). Иди послушай, узнай, кто звонит. Если из района, скажи — нет меня.
Л е н а. А если из города?
Б е р д о в. Тогда позовешь. Затем позвонишь в милицию и узнаешь, где этот Баборц. Скажи, срочно нужен. Разыщи же наконец.
Л е н а. Ладно. (Входит в дом.)
Б е р д о в. Ты, Шафар, тоже иди. Хотя… постой… Ты ведь среди народа бываешь. Прислушайся, что говорят. Уже несколько раз проезжал новый секретарь обкома по всем колхозам, фермам. Один аллах знает, чего не хватает ему, чем заинтересовался?
Ш а ф а р. А у вас он не был еще?
Б е р д о в. Заехал однажды, расспрашивал, поддакивал и вмиг умчался куда-то. (Кричит.) Лена!
Л е н а (открывает окно). Что?
Б е р д о в. Кто звонил?
Л е н а. Женщина одна, агроном.
Б е р д о в. Агроном? Женщина?
Л е н а. Сказала, что скоро зайдет.
Б е р д о в (рассуждая сам с собой). У меня в районе женщин-агрономов вроде бы нет. (Лене.) Не был ли здесь в мое отсутствие секретарь обкома?
Л е н а. Как же, разговаривал с Галау. Они долго вас ждали, вот тут на скамейке сидели.
Б е р д о в. Уехали вместе?
Л е н а. Нет, секретарь обкома раньше.
Б е р д о в (спохватываясь). Почему меня не разыскали? Ротозейство какое!
Л е н а. Искала вас, но кто знает, где вы бываете…
Б е р д о в. Кто знает, кто знает… (Заходит в помещение, но тотчас возвращается и набрасывается на Шафара.) А ты почему не предупредил меня?
Ш а ф а р. Не видел я его.
Б е р д о в. Ну, иди занимайся своим делом.
Ш а ф а р. Да-да. Так когда пикник собирать?
Б е р д о в. Придет время и для этого.
Ш а ф а р. Отлично. Как времечко-то найдете, я к вашим услугам. (Уходит.)
Л е н а (выглядывая из окна). Товарищ Бердов, нашла Баборца — сидит в милиции. Говорит, что права отобрали.
Б е р д о в. Передай, чтобы тотчас был здесь. И поскорее, пожалуйста, — мне в город ехать надо. (Присел у беседки и разговаривает сам с собой.) Ох, быть беде! Слух прошел — комиссия ЦК работает в обкоме. Как бы не сняли Биларова. Тогда я пропал. (Пауза.) А что, если всю вину перевалить на Галау?.. Не мешкая — в город, самому узнать новости!
Входит Ш а у л о х, пожилой человек с большой бородой. Тяжело ступая, подходит к окну. Обращается к Лене.
Ш а у л о х. Девушка, начальство у себя?
Л е н а. Ой, Шаулох, какими судьбами? Кто-нибудь умер?
Ш а у л о х. Хабац приходил, сказал — вызывает твое начальство.
Л е н а. Не понимаю, зачем гробовщик понадобился Бердову? Может, он еще при жизни хочет гроб себе заказать?
Ш а у л о х (пожимая плечами). Не знаю. А может, мертвецы пожаловались, что я плохо гробы им делаю, вот и вызвал. Он у себя?
Л е н а. Вон у беседки сидит.
Ш а у л о х (робея). Он — как?
Л е н а. То есть?
Ш а у л о х. Не сердитый, кричать не будет?
Л е н а (покровительственно, со знанием дела). Начальству положено кричать.
Ш а у л о х. Никому кричать не положено.
Л е н а. А об этом скажите ему лучше сами.
Ш а у л о х (медленно подходит к Бердову). Прошу прощенья, Хабац передавал, что вы меня вызываете.
Б е р д о в (смотрит на него снизу вверх). Что ты за человек?!
Ш а у л о х (ошеломленно). Это как? Обыкновенный смертный.
Б е р д о в. Не-ет. Ты не обыкновенный человек.
Ш а у л о х. Не понимаю. То ли хвалите, то ли ругаете.
Б е р д о в. У каждого обыкновенного человека имеется рабочий план. По этому плану он работает, по этому плану и живет.
Ш а у л о х. Куда это вы клоните?