- А что же наш вчерашний герой? – проворчал принц, поглаживая под столом руку Мадлен.
- А вот теперь мы подходим к нему. Когда я искал людей, что-то знающих о тяжбе Эскаров и Лакуров, мне показали неприметного скромно одетого человека – вот, мол, поверенный нынешнего Эскара, он в курсе его дел и помогает ему справляться с нападками родичей-магов. Господин Бернард – так он всем представляется. Однако, я не сразу догадался выяснить, что известно о нём в Судебной палате, причём не только в официальных документах, но и у служащих там людей, которым по сути их положено разное знать. Если и не в официальных документах, то хотя бы – на словах. И ещё кое-что знают, не поверите, священнослужители, обитающие в далёких южных горах – и я нашёл, кого спросить, и как получить сведения по-быстрому. Так вот, наш герой – Эскар по отцу и Лакур по матери, - господин Лионель, очевидно, насладился выражающими разные эмоции взглядами и продолжил. – Там была какая-то дивная история – не то о великой любви, не то о хорошем расчёте. Отец господина Бернарда – кузен отца Габриэля Эскара, их отцы – родные братья. Он соблазнил дочь тогдашнего барона Лакура и отказался жениться, тогда его убили, а опозоренную девушку выдали замуж за другого. То есть ребёнок носил фамилию мужа своей матери, но фактически по крови являлся Эскаром. Наверное, он мог получить от матери или от деда фамильный камень Лакуров, который они увели у Эскаров, когда уходили, не прощаясь. И судя по тому, что сокровище безропотно ему служило – господин Бернард его не украл. Очевидно, он знал, чем владел, потому что пользовался, и я думаю, не только вчера. Осталось понять, зачем ему Габриэль Эскар и госпожа Мадлен. Но это он, думаю, должен рассказать нам сам. Более того, я побеседовал обо всей этой истории с его величеством, и у меня есть официальные полномочия допросить и господина Бернарда, и господина де Кресси, и если я сочту нужным – задержать обоих.
- Значит, нужно наведаться в гости, - согласился принц.
- Только сначала разберёмся с камнем, - заключил господин Лионель.
Для разбирательства с камнем требовалось дождаться рассвета. Жиль терял всякое терпение – он уже очень хотел что-нибудь предпринять, но – нужно было ждать, а мало что на этом свете он так не любил, как ожидание.
Он связался с Жакеттой и узнал, как там поживает её граф де ла Мотт. Балбес поживал неплохо – спал, ел, и что там ещё балбесы делают. И даже его милость Котальдо накануне проникся положением балбеса и ночью приходил его лечить, оказывается. Ну всё, совсем в семью принял. Жиль даже спросил дочь – когда там они намерены обвенчаться, но та только усмехнулась и сказала – после вас, господин Жиль. Я должна быть уверена, что вы в хороших руках, и у вас всё в порядке. И что есть, на кого оставить и дом, и хозяйство, и ещё замок Акон. А на вопрос – готово ли у неё свадебное платье, и что там ещё положено девам, выходящим замуж, она только посмеялась и ответила – готово. Ей очень хорошо помогла её высочество Катрин, и она, Жакетта, той очень благодарна. О да, Катрин любит всю эту суету со свадьбами и прочим, а тут – целая ещё одна племянница, в судьбе которой можно поучаствовать. Или не в судьбе, но хотя бы – в подготовке свадьбы.
После разговора с Жакеттой Жиль наведался к Мадлен. Она с дочерями вместе что-то шила – даже маленькая Шарлотта плела какую-то верёвочку, надо же, умеет! Ему предложили сесть и что-нибудь рассказать. О путешествиях – попросила Аделин.
- И что же интересует великого мага? – усмехнулся Жиль.
- Не знаю. Что-нибудь необыкновенное, - вздохнула девочка.
- Расскажите о сокровищах, - улыбнулась Мадлен. – Вы ведь говорили, что искали и хотели добыть.
- О каких сокровищах? – тут же навострил ушки великий маг. – Нам нужны сокровища!
- И что великие маги будут делать с сокровищами? – поинтересовался Жиль.
- Как что? Любоваться, - сообщила Аделин. – Открывать утром тайник и смотреть.
Вот так. Открывать тайник и смотреть.