А когда потом госпожа Жийона ещё и рассказала про противного Бернарда, превращённого в жабу – тут уже Шарлотта досмеялась до того, что свалилась с лавки на пол, ушибла локоть и заплакала.
Аделин же принялась воображать, как она будет превращать своих врагов в жабу. Или в нескольких жаб сразу. И как они будут прыгать от неё по полу, а она всё равно догонит.
Потом Мадлен вызвал по магической связи принц – и видно было, как он рад с ней говорить, и она тоже была рада, и поскорей бы уже он добрался, хотелось обнять его самой и убедиться, что с ним всё в порядке. Он обещал появиться после обеда – мало ли, что там, в столице.
И до обеда они с девочками успели завершить большую и хорошую работу.
А после обеда оно и покатилось.
Сначала Мадлен услышала рыдания в комнате её величества Маргариты. Постучалась и зашла. Та ревела, рядом сидела Жийона и только разводила руками – мол, ничего не могу сделать. Льёт слёзы и молчит. Пришлось потратить изрядно сил и времени на то, чтобы понять – что случилось-то вообще, только же всё были веселы и довольны. Нет, Мадлен помнила об известии, что сообщила королева ночью, и понимала – первая беременность, всякое может быть, вдруг что-то случилось?
Оказалось, что случилось только то, что несчастная Марго никак не могла решиться и рассказать всё отцу своего ребёнка. Впрочем, Мадлен понимала, что ситуация и впрямь непростая, но – сколько их уже решили, непростых, только за последние дни, и изрядную часть решил как раз тот самый человек, которому, как предполагала Мадлен, предстояло узнать ещё и эту новость. Мадлен решительно принесла воды для умывания, подогрела её и сама полила на руки королеве, и строго, прямо как Шарлотте, сказала – нужно умыться. Умыться, заново причесаться, и… пойти поговорить. Просто поговорить. Им двоим, между собой.
Вышла, тихонько прикрыла дверь – пусть девочка придёт в себя, отдышится и решится уже. Ну да, девочка – ей, кажется, всего восемнадцать, это немного. Сама Мадлен, во всяком случае, в восемнадцать была ещё совсем юной и не все иллюзии растеряла.
В гостиной госпожа Рокар разговаривала с кем-то из служанок.
- Протри пыль вот здесь. Опять эти гадкие девчонки лазали на подоконник! И хватали книги из шкафа, а посуду ставили на пол и на лавки!
- Кажется, они так магию изучают, - подала голос служанка.
- Да какую там магию, девчонкам-то, баловство одно! Понятно, что знатные девицы, их и безрукими возьмут, только за имя, но я бы не хотела, чтобы мой сын привёл домой такую вот избалованную особу, она же не умеет ничего!
Мадлен подумала, что госпожа Рокар просто слепа и глупа, потому что хоть её девочки и не сахар, но – умеют для своего возраста очень многое. Даже маленькая Шарлотта, не говоря о старших. Мари очень аккуратно шьёт, а Аделин ещё и освоила много магических умений, а это ой как непросто, ещё сложнее, чем дом в порядке содержать, уж Мадлен-то знала.
- Так чего им напрягаться, если их матушка подцепила целого принца! – поддержала разговор служанка. – Прямо глаз не сводит, и из постели его не вылезает! И целуется с ним при всех, бесстыдница!
- И даже не смотрит, что старый и хромой, - усмехнулась госпожа Рокар.
Вот, значит, как это всё выглядит в глазах простых людей. Бесстыдница подцепила принца, старого и хромого, и залезла к нему в постель. Мадлен знала, что госпожа Рокар не питает к ней добрых чувств, но – не думала, что прямо обсуждает её со слугами. Всё это оказалось очень неприятно и местами прямо больно, а если ещё и принц услышит? И подумает, что так и есть? Он-то, конечно, в любви человек опытный, а вот в таких подлых делах? И это ещё она у него дома не была, а там ведь тоже слуги, и они тоже будут что-то думать о своём господине и о ней. Да-да, небогатая вдова с тремя детьми – и окрутила целого принца, так это и выглядит!
Кажется, госпожа Рокар двинулась к лестнице, и Мадлен быстро подхватила юбки и стрелой взлетела наверх – не хуже Аделин.
К слову, девочки были у себя и даже вели себя тихо. Слушали сказку Аделин. Наверное, в другой раз Мадлен и сама бы послушала, но сейчас – нет, не выйдет. Она зашла к себе и села на кровать, и закрыла лицо руками. Глупости это всё, но какие же обидные глупости!
Дверь тихонько приоткрылась, и вошли Марго с господином Лионелем. Оба – сияющие и довольные. Господи, спасибо тебе, что хоть у кого-то всё сладилось!