Сама Мадлен уже и не верила, что когда-то жила совсем иначе. Нет, помнила, не помнить невозможно, но – слишком уж сильно поменялась вся жизнь.
Обитали попеременке то в столице, то в Аконе. Жиль остался придворным магом даже при новом короле, Генрихе, младшем брате короля Карла. Да-да, том самом, при котором служил Габриэль Эскар, кстати, он иногда встречается при дворе и делает вид, будто ничего особенного между ними не было. Хотя, конечно, король Генрих в начале правления избавился от большинства приближённых своего брата – но другого такого придворного мага просто не существовало, поэтому Жиль понемногу продолжал исполнять свои задумки – о пересчёте всех магов королевства и прочем. Пока – на тех землях, чьи сеньоры были разумны и понимали пользу от такого дела. И надеялся, что когда-нибудь удастся сделать это повсеместно.
У них родились два сына – погодки Луи и Жанно, по отцу Жиля и по её отцу. Младшему, Жанно, уже сровнялось десять месяцев, а двухгодовалый Луи и вовсе казался большим – особенно рядом с кузенами, малютками Алиенорой и ещё одним Жанно. Что поделать, у Саважей старший сын всегда Жанно. Новорожденный звался Жан-Александр, по деду Мадлен.
Все три девочки росли и прилежно изучали как магические искусства, так и всё прочее, что положено знать и уметь девицам из очень знатной семьи. Оказалось, что среди стражи и прислуги Жиля было изрядно магов, и у некоторых были дети – естественно, магически одарённые. И Мадлен удалось договориться с господином де Мюи, чтобы он проводил занятия и у них дома тоже – чтобы не таскать всю эту детвору по улицам туда-сюда. Тот только рад был увеличению числа своих маленьких учеников, и повторял, что магия – дело серьёзное, и учиться ей – необходимо, кем бы ты ни родился.
Сама Мадлен за истекшее время узнала о своих силах столько, как за всю предыдущую жизнь не знала, наверное. Что-то она слушала на занятиях господина де Мюи. Что-то рассказывал и показывал ей Жиль – довольно многое, на самом-то деле. Она прочитала некоторое количество книг, и ещё постоянно пробовала что-то вместе с девочками. Стихийные силы – с Аделин и Шарлоттой, а про артефакторику, как оказалось, понимала Мари.
Мадлен предвкушала пробуждение силы у сыновей – уж наверное, это будет не менее интересно, чем у девочек.
Жакетта завершала своё целительское образование в Фаро. Она пока ещё не осчастливила Жиля внуком, событие ожидалось через месяц. Пока же она смотрела на Анжелику и трепетала – в преддверии.
Анжелика же как раз точь-в-точь успела окончить какой-то едва ли не специально для неё скроенный курс в местной школе боевых магов – потому что, как оказалось, боевая магия и беременность – вещи несовместимые. То есть беременность может наступить обычным образом, но – применение боевых заклинаний грозит выкидышем. Анжелика и не подозревала о такой, как она говорила, засаде – нет, знать-то знала, но когда вдруг столкнулась с непонятным кровотечением, то спасли её и будущих детей только благодаря невероятному искусству здешних целителей, наставников Жакетты. И дальше до родов ей пришлось найти для себя более мирное занятие – кажется, она как-то помогала здешней великой герцогине учить девочек – как из знатных семей, так и всех прочих. Учить обычным полезным в жизни вещам, не боевой магии. А сейчас они с Жакеттой наперебой обо всём этом рассказывали – и невестка уже потирала руки в предвкушении. Вот, говорила она, поправлюсь, оживу – и хотя бы на тренировку! А как же дети? – спрашивала Жакетта. Анжелика вздыхала, брала на руки сначала одного младенца, потом второго, и отвечала – что-нибудь придумаем.
Новый король не питал особой любви к ним с Жанно, и сначала даже хотел назначить послом в Фаро кого-то из своих приближённых. Но здешний великий герцог сказал, что не желает смены посланника, его устраивает тот, что уже есть. Он разбирается в местных делах, у него подходящий опыт, он сильный маг. Может ли другой посланник предложить всё то же самое? Нет? Значит, и говорить не о чем. Эту историю Мадлен рассказывал Жиль – она как раз только-только родила Луи, ей было не до придворных дел – и смеялся, когда описывал выражение королевского лица. Его величество и не ожидал такого отпора, а оказалось – Жанно много кто любит и ценит.
У королевы Маргариты родился сын, а потом ещё и дочь. Король Генрих Рокелор так и не встал на ноги, и скончался незадолго до рождения дочери у его жены. А брат Маргариты, новый король Генрих, сказал, что не желает видеть её при дворе. Есть у неё свои владения? Вот пусть туда и отправляется. Она и отправилась, и его преосвященство Лионель помогал ей во всём.