- А кто твой отец?
- Барон де Лакур, придворный маг его величества.
Ух ты, придворный маг! И тут Шарлотта вспомнила, что кто-то говорил при ней о невероятно талантливом маге-погоднике, без которого здесь – никуда, потому что горы, а за горы вечно цепляются тучи. Про тучи Шарлотта сама понимала – потому что договариваться с погодой дядюшка Жиль научил её давно, ни у кого из сестёр не получилось, а у неё – получилось. Правда, она не была артефактором, как Мари, и боевые заклинания ей не давались, зато ветер был лучшим другом. И дядюшка Жиль говорил, что ей нужно ещё немного подрасти, и тогда она сможет оборачиваться в птицу и летать! Вот было бы здорово!
А Шарль тоже оказался погодником, как и его отец. В тот день они забрались на небольшую вершину, и там показывали друг другу, кто что умеет – призывали тучи и рассеивали их, вызвали дождь, приманивали солнце. Шарлотта и не думала, что с кем-то может быть так весело!
Она была так благодарна Мари, что та позвала её в гости, и её величеству, конечно – потому что это оказались лучшие каникулы за всю её жизнь.
А потом Шарлю нужно было отправляться в Фаро – там отличная школа, и возможно, Шарлотте тоже нужно туда, но родители сказали – через год, не раньше. А пока…
- Шарлотта, ты разрешишь звать тебя по магической связи? – спросил Шарль при расставании.
- Конечно, зеркало нам в помощь, как говорит наша Анжелика, - ответила она. – Я буду ждать! А если ты долго не позовёшь – буду звать тебя сама, ясно?
- Зови, когда захочешь. Удержать стихию непросто, но когда она приходит сама – убегать и прятаться поздно! Я всегда буду рад говорить с тобой. И не только говорить, подмигнул он напоследок.
Двенадцать лет спустя.
Визит его величества Людовика Рокелорского в Паризию был обставлен очень торжественно и пышно. Мари сопровождала её величество Маргариту, и вместе с ней разместилась в отведённых им покоях королевского дворца. Впрочем, королева на следующий же день сказала – ступай, навести своих.
Служба Мари не была слишком уж обременительной. Покровительница отпускала её и погостить к многочисленной родне, и даже предлагала отправиться на учёбу в любую магическую школу, но Мари не хотелось ни в Фаро, где неплохо себя чувствовали сестрицы Аделин и Шарлотта, ни куда-нибудь ещё, в более далёкие края. Она опять устроилась, не как все – сидела себе в Рокелоре, и связывалась с преподавателями по большому настольному зеркалу. Она занималась с его высокопреосвященством Лионелем – потому что среди подвластных ей сил была ментальная магия, с магом её величества Екатерины, матушки королевы Маргариты, мэтром Рене – замечательным артефактором, и с его милостью Дамиано Велассио – он рассказывал о всяких хитрых штуках на стыке ментальной магии и разного другого. Время от времени, конечно, приходилось встречаться лично – если что-то не выходило, или наоборот – показывать, что получается. Но – не слишком часто.
А когда Мари бывала дома, то с удовольствием тренировала свои невеликие стихийные силы с дядюшкой Жилем. Она не была так одарена в этой области, как Шарлотта или Аделин, но – кое-что могла и умела. И если можно было чего-то добиться старательностью, терпением и упорством – то Мари этого добивалась, рано или поздно.
А отдыхала она за рукоделием – как матушка. И даже занималась с юной принцессой Катрин, дочерью королевы Маргариты – той достались свыше отлично приложенные руки и задатки артефактора.
Жизнь была хороша. Точнее, была бы хороша, если бы её величество не стремилась, как она говорила, сделать её счастливой, а для того – представляла Мари самых разных молодых людей из достойных семейств Франкии, также из мест по обе стороны Рокелорских гор, и даже с берегов Срединного моря. Но Мари никто не нравился – все они не были достаточно серьёзны. И в свои восемнадцать лет она ещё не была просватана – в отличие от сестёр.
Аделин по окончанию курса в Фаро собиралась замуж за принца из Ниаллы – как-то там у них сложилось едва ли не с одной встречи, Мари вообще не представляла себе, как такое возможно.
Даже Шарлотта недавно заключила помолвку – с сыном барона Лакура, придворного мага королевы Маргариты, вместе по горам бегали, когда сестра приезжала погостить. Правда, свадьба тоже откладывалась до того момента, как невеста окончит своё обучение.
О нет, к Мари сватались. Дочь принца из Роганов, пусть даже и приёмная – это неплохое приданое и обширные связи её семьи. Плюс магические способности. Но – все эти женихи не проявляли никакого интереса лично к ней, и Мари смотрела, слушала – и отказывала. А матушка с дядюшкой Жилем её не неволили. Так и говорили – не хочешь – не торопись. Ещё захочешь.