- А теперь закрой глаза, думай о шве в тех штанах и осторожно дай силу, как делала сейчас в последний раз, - подсказал ей Жиль.
Аделин сосредоточилась, зажмурилась и собрала пальцы правой руки. Чуть шевельнула. Выдохнула и открыла глаза.
Старший мальчишка в этот момент как раз наклонился поднять что-то с земли, стоя к ним спиной, и они увидели, как его штаны роскошно треснули по шву.
- Шарлотта, иди сюда, скорее, - зашептала Аделин. – Смотри на него, смотри!
Враг не сразу осознал, что, во-первых, остался с голым задом, а во-вторых, что случилось это прямо на виду у девочек де Кресси. Аделин издевательски улыбалась, а Шарлотта смеялась – громко и заразительно. И, подумал Жиль, укуси меня котик, солнце вышло! Вот прямо вышло и осветило и башню, и двор, и смеющуюся девочку в окне, и заругавшегося мальчишку, который понял всю печаль своего положения и убежал в соседнее крыло, где, очевидно, они все и обитали.
Аделин довольно улыбалась.
- Что это вы все тут делаете? – услышал Жиль сзади голос госпожи Мадлен.
- Смотрим в окно, - улыбнулся он сначала девочкам, а потом и ей.
За руку госпожи Мадлен держалась третья девочка, рукодельница – с красным носом и заплаканными глазами.
- Мари, не плачь, мы оставили тебе пирожное, хочешь? – Аделин взяла с тарелки последнее и сунула сестре в руку.
- Спасибо, - прошептала Мари со вздохом.
Взяла лакомство и уселась с ним на лавку.
- Госпожа Мадлен, не присоединитесь ли к моей чашке арро? – Жиль отставил для неё стул.
- Благодарю, - воспитанно кивнула она.
- Вообще я нёс к вам ваши чулки. Они замечательные. И собаки у вас, я думаю, тоже выдающиеся. Не могли бы вы узнать у вашей матушки – не уступит ли она пару щенков?
- Я спрошу, - кивнула она.
- Госпожа Мари, что там случилось с вашей иголкой? Не покажете? – спросил Жиль у девочки, которая, тем временем, съела пирожное и теперь сосредоточенно облизывала пальцы.
- Её кто-то погнул. Наверное, Жак Рокар, он нас терпеть не может, - вздохнула она и вытащила откуда-то из лифа платья иглу.
Жиль осторожно взял предмет – и впрямь золочёная, изящная и длинная, и кончик погнут. Ну, эта беда поправима. Немного нагреть и распрямить. И разгладить, чтоб не застревала в ткани.
- Держите, - он протянул иглу хозяйке. – Если хотите, можем сделать так: наложим на неё частичную невидимость. Её сможете видеть только вы.
- Да, - сказала девочка и впилась в него взглядом. – Хочу. А так можно?
- Можно, - кивнул с улыбкой Жиль.
- А я тоже хочу, - тут же рядом возникла Аделин.
- Садись и смотри, - кивнул он девочке. – Потом тоже попробуешь.
Завтрак незаметно перешёл в урок магии, но никто не остался в обиде. Завтрак, если что, принесут ещё. А это железо точно надо ковать, пока горячо.
За три дня, происшедшие после того, как Мадлен довелось помочь в лечении хромого принца, они с этим самым принцем расставались только на ночь – как-то так вышло. Он принял очень близко к сердцу необходимость магического обучения Аделин, да и самой Мадлен, кажется, тоже, и они целыми днями сидели в гостиной и читали книги. Читали по очереди, если Аделин или Мадлен могли прочесть, или им читал принц – если нужно было найти что-то у уже известного им Гвидо Монферратского или кого-то другого из выдающихся деятелей Ордена Луча, что в далёком Фаро, или ещё каких мастеров магических искусств, чьи книги были в библиотеке его преосвященства.
В Фаро пока ещё оставался Жанно – Мадлен связывалась с ним пару раз и рассказывала свои новости – об их жизни в доме его преосвященства Лионеля, о девочках, и о принце – тоже. Жанно усмехался, спрашивал – не обижает ли её принц, и Мадлен честно говорила – даже и не думает, наоборот, от него сплошная польза.
Аделин ходила за принцем хвостиком, пробовала все магические действия, о каких только слышала, большая часть у неё не получалась, конечно же, но она не ныла и не страдала, а махала рукой и говорила – ничего страшного, попробую потом. Это было что-то новенькое в её отношении к жизни – раньше дочь принялась бы плакать и капризничать, а сейчас говорила – ну и что, я и так умею больше, чем Жак-дурак, а он старше меня.
С Жаком, слава господу, поутихло – они не оказывались во дворе разом, и в доме почти не встречались – наверное, госпожа Рокар вняла просьбе и придержала своих старших. Младшие вели себя прилично и не отказывались поиграть с её девочками. Как-то они вместе строили замок, а потом не то защищали его от кого-то, не то ещё что-то с ним делали – и всё было спокойно.