Время текло. Я начала глубоко дышать. Ясно распознав голос природы, тут же включился разум. Все! Больше ни шагу! Снова ощутив свою руку, осторожно сняла ее с головы Владимира, подавляя глубокий вдох.
Он улыбнулся и открыл глаза. Я сидела рядом и смотрела на него исподлобья. Меня терзали мучения.
- Ну, - подморгнул он, - все прекрасно! Пойдем, уже темнеет.
Володя взял меня за руки и резво поставил на ноги.
Море еще переливалось светом. Несколько минут мы постояли на берегу. Затем двинулись в сумерки, вдалеке которых туманились огоньки окон. Земля погружалась в темноту.
Мы медленно шли и молчали. Казалось, что «госпожа тишина», лишила нас речи.
Володя проводил меня до калитки. Мы попрощались. Я пошла по тропинке, ведущей к дому, и вдруг услышала голос своего друга. Обернулась.
- Сашка, я совсем забыл! Михаил пригласил нас на конную прогулку. Я дал ему номер твоего телефона. Так что утром будь готова. И оденься, как подобает, чтобы лошади было удобно! – он захохотал и исчез во мгле.
- Хорошо, спасибо! – крикнула я вдогонку.
Через час я уже лежала на диване с книгой. Не читалось. Тоска и одиночество навалились внезапно, даже не предупредив. Мне захотелось увидеть своих близких: маму, сына, Никиту.
«Ну, сына, понятно, живем в разных краях страны, давно не виделись. Мать пусть отдохнет от моего занудства, а Никите, верно, все равно, где я и как. Живем вместе, чувств никаких, одни обязанности. Никогда не догадывалась, что семья может иметь такой климат. Хорошо, что я сбежала. Может, наступят времена перемен». - подобные мысли терзали меня. Я отложила книгу, выключила ночник и закрыла глаза. «Завтра новый день, свежие впечатления. Приятных снов, Сашка».
В романе использованы илюстрации картин Крымского мариниста Владимира Коломийца. С его на то позволения.
Часть 14
На следующий день, в десять тридцать утра мы были уже у Майкла. Усадьба впечатляла: двухэтажный дом облицованный камнем, вокруг виноградник, бесконечный сад, море цветов, конюшня и большой загон. Мы уютно расположились в беседке. Пока Майкл готовил лошадей, мы пили кофе с домашними булочками.
- Ну, господа, по коням! – крикнул Майкл, глядя через листву лозы.
Подойдя к конюшне, я сказала:
- Вы хотя бы поинтересовались, смогу ли я подойти к этому огромному животному.
- А ты что же, боишься? – спросил Володя.
- Нет. У меня папа конокрад. С пеленок гарцую! – возмутилась я.
Все дружно смехом отреагировали на шутку.
- Это серьезный вопрос. Лошадь чувствует страх. Александра, ты действительно трусишь? – спросил Майкл.
- Нет я не боюсь, вернее не боялась. Прошло лет двадцать семь, с тех пор как я сидела на коне. Это был возраст авантюр и свободы. Эх! Была, не была! Юность, вернись! Который для меня? – возбужденно сказала я.
- Вот, эта красавица для тебя. Спокойная и дружелюбная. Ее зовут Агати. Подойди Саша, - позвал Майкл.
Я подошла к кобыле и, погладив ее по мордочке, протянула ей на ладошке яблоко. Она, оттопырив губы и захватив ими плод, с удовольствием его зажевала. Огромные лиловые глазищи с длинными черными ресницами, поблескивая, смотрели на меня. Каштановая грива свисала ниже шеи лошади. Терракотовая гладкая шерсть блестела на солнце. Я была в полном восторге от этой величественной красоты животного. Разглядывая ее голову, я нашептывала Агати ласковые слова и поглаживала по мягкому носу.
- Сашка, ты покорила ее, стоит как неприкаянная, а ведь животное не обманешь, - удивленно качнул головою Майкл.
- Я очень люблю природу и ее обитателей. С детства всех заморышей несла в дом, всегда находила с ними общий язык. Мне нужен стульчик, я уже не смогу с маху запрыгнуть. Дотянуть бы ногу до стремени.
- Становись мне на ладонь, и я тебя подброшу в седло, отозвался Майкл и тут же меня подсадил. Я уселась удобнее, спросила, как она реагирует на шпоры и взяла повод.
Володя ловко запрыгнул в седло, легонько пришпорил и конь пошел рысью. Жеребец масти Серая в яблоках высокий и очень грациозный. На носу горбина, что редко бывает у лошадей. Кликали красавца Туман.
Майкл, вскочив в седло, поднял Винчестера на дыбы. Я от неожиданности восторженно крикнула. Это потрясающее зрелище поразило меня. Было ощущение, что они мысленно разговаривают, потому, как Винчестер реагировал без шпор и повода. Этот тандем великолепен: черный переливающийся конь Вороно – муаровой масти и наездник ковбой. Майкл постоянно удивлял меня, казалось, что нет ничего, что бы он ни умел. Немного пройдя свободно, Винчестер перешел на Испанский шаг, как на параде. Такой грации я никогда не видела.