Я позвонила Снежане, пригласила на шопинг. Она, как неугомонная птичка-синичка, щебетала о своих планах относительно Леньчика, но я была уверена, что им не суждено сбыться. День близился к вечеру, и мне казалось, что это один из самых прекрасных и беззаботных дней в моей жизни. Мы расставались весело, обнимались и желали друг другу неспокойной ночи в объятиях своего мужчины.
Я не знала тогда, что в эту ночь Вадим впервые не вернется домой.
Сиреневая дымка занавесила окно, сгущался вечер. В духовке остывал приготовленный ужин, заполняя кухню ароматом печеного мяса с чесночным соусом, а телефон Вадима твердил неизменное: «Абонент недоступен». Я нервно резала овощи на салат и в который раз набирала его номер. Потом уткнулась носом в окно и почувствовала, как приближается паника. Ее липкие руки тянулись к горлу, перехватывали дыхание и выжимали из глаз влагу.
«С чего бы это? Ведь все хорошо, гладко и предсказуемо. Просто у него разрядился телефон. Сейчас позвоню в офис и все узнаю», — успокаивала сама себя. Но ноги не двигались, будто приросли к ковру и пустили корни в литосферу.
Пучок света, льющийся из уличного фонаря, отражается в оконном стекле. Дрожит на ветру, раздражает своим нервным состоянием. Но я смотрю на него и чувствую вселенскую грусть и одиночество. Он один, я одна. Мы на равных. В городе дождь, и мне кажется, что дождь во всем мире. Распахиваю настежь окно и вдыхаю насыщенный влажный воздух. Запах улицы, плотный смог выхлопных газов больно резанул обоняние. Содрогаясь, сделала глубокий вдох. Где Вадим?
Я протянула руку, взяла телефон и позвонила его секретарше.
Эпилог
Секретарша робко постучалась в дверь.
— Войдите, — коротко отозвался я.
— Господин Ковригин, к вам какая-то женщина.
— Какая еще женщина?
— Не знаю. С большой сумкой, будто пришла к нам чем-нибудь торговать.
— Чем торговать?
— Может, духами или косметикой…
— Как ее охрана пропустила?
— Понятия не имею.
В этот момент дверь распахнулась, секретарша отлетела к стене, и в кабинет ворвалась моя жена.
Моя первая жена.
Бывшая жена.
— Я что, похожа на торговку?
Алина строго смотрела поверх очков. Я знал, что должен что-то ответить. Когда она так на меня смотрела, я терялся, как мальчишка.
— У тебя большая сумка, — пытался оправдать предположения секретарши.
— Это модно, — она провожала взглядом секретаршу. И когда та скрылась за дверью, продолжила:
— Должна знать. Она спит с тобой, ревнует каждую входящую.
— Зачем пришла?
Голос немного охрип. Эта женщина всегда зрит в корень. Знает меня, как облупленного. Громко прокашлявшись, я повторил вопрос. Алина невозмутимо произнесла:
— Забрать долги.
— Какие долги?
Я платил ей исправно долгие десять лет. Она всегда приходила в офис. Надменно обращалась с секретаршами и всегда требовала денег. Иногда исчезала. На год, на два. Но потом появлялась вновь. Мы не виделись пять месяцев. Но за это время аппетит у женщины не убавился.
— Ковригин, не играй со мной.
Она смотрела вызывающе.
— У меня нет денег.
Я пожал плечами. Она молча улыбалась.
— У меня нет наличных. Все в бизнесе. Я не могу их вывести по одному твоему требованию.
Она продолжала улыбаться. Это злило меня.
— Я банкрот, Алина. Я почти банкрот.
— Это мне известно.
Она развернулась и пошла к выходу. Ядовитая улыбка не покидала ее губ:
— До завтра, милый.
Она выглядела превосходно. Стильно, сдержанно, элегантно. При других обстоятельствах, возможно, я свернул бы голову в ее сторону.
Но это было невозможно. Других обстоятельств не было. Эта женщина была моей первой женой. Той, которая знала обо мне больше, чем нужно. Больше, чем мне хотелось бы.
«Может, убить ее?» — мелькнула грешная мысль.
Но я тут же постарался забыть об этом.
«Настя встречалась с Сергеем, — думал я, оставшись один в кабинете. — Зачем? О чем они говорили?»
Вся эта детективная деятельность мне совсем не нравилась. Надо было занять жену чем-то другим, переключить. Позвонил и предложил сходить в салон красоты и за новыми шмотками.
— Я плохо выгляжу? Тебе не нравится?
Она всполошилась и натыкала кучу вопросов. Женщины предсказуемы. Все.
Все, кроме Алины.
Самое страшное для мужчины — РАЗОЧАРОВАННАЯ ЖЕНЩИНА. Брошенная женщина. Это я усвоил, когда предложил Алине развестись. Наивная, она думала, что после всего, что между нами было, мы будем вместе всегда. Может, кого-то совместные тайны сближают. Я не из числа слепых дураков. Нас развели быстро. Детей нет, общего имущества нет. Я тогда только начинал становиться на путь больших денег. Наличие жены делало меня уязвимым в глазах конкурентов. А мне, вырвавшемуся из бедности, жена была помехой. Впереди ждал яркий мир, наполненный яхтами, саунами, казино и, конечно же, красивыми девушками. Поэтому я настоял на аборте. Я буквально заставил Алину сделать аборт. Срок был большой, она нервничала. Нашел сговорчивого доктора, силком привез жену, ей сделали укол, уснула. Пока была без сознания, доктор сделал то, за что ему заплатили. А потом я с Алиной развелся. Спокойно, без сожалений.