Но постепенно ее рассказ так сильно захватывал слушателей, что люди смотрели на нее не отрывая глаз.
В абсолютной тишине, неизменно устанавливавшейся каждый раз, Глэдис рассказывала о своем обращении. О том, как Бог остановил ее на ложном пути. О том, как Он призвал ее в Китай.
О госпоже Лосон, которая вместе с ней открыла постоялый двор для погонщиков ослов. О том, как Господь использовал ее для посева семени Евангелия в Янчэне и среди тысяч беженцев от коммунизма. Растроганная, она говорила о молодых китайских христианах, оставшихся верными Господу до смертного часа.
А потом... Потом многим из присутствующих становилось не по себе. Она спрашивала, находится ли каждый из них на ложном пути греха или они остановились и обратились к Богу. Приняли ли они верою Иисуса Христа своим личным Спасителем? Следуют ли за Ним, знают ли Его?
Знают ли они поручение Иисуса: "Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари"? Может быть, Бог лично их призвал через Свое Слово свидетельствовать о Нем в Америке или в других странах, и они были этому голосу непослушны, потому что не были готовы оставить земные блага и комфорт и следовать за Ним по крестному пути?
Этот вечер может решить их дальнейшую жизнь, говорила Глэдис. Еще не поздно обратиться к живому Богу и стать сеятелем Евангелия, что Бог поручил каждому верующему.
Китай, ее вторая родина, который она так любит, закрыл Слову Божьему границы. Однако для Царя Иисуса нет закрытых границ, нет закрытых дверей. Его Божественная власть распространяется через все земные границы, разрывает все узы.
- Молитесь за себя и за христиан в Китае!
Посрамленные за свое безразличие к христианскому образу жизни, многие слушатели расходились с собрания с обновленной душой.
Глэдис не знала, какие плоды принесут ее проповеди в Америке. Но она не сомневалась в том, что Господь послал ее в мир, чтобы говорить о Его Слове. И теперь Он привел ее на американский континент.
Неделя за неделей Глэдис Эльверд вместе с американским христианином ездила по США. Ее сопровождающий отвечал за хорошую организацию миссионерских собраний. За это время они подружились.
Во время далеких путешествий они много разговаривали о вере, и она убедилась, что он понимает ее лучше многих других христиан. Но однажды Глэдис вдруг замкнулась и стала избегать всяких разговоров. За столом и в поезде, где они сидели напротив друг друга, Глэдис не говорила ни слова, устремив взгляд куда-то вдаль.
-Молодой человек не понимал причину этой внезапной перемены. Он относился к мисс Эльверд с большим уважением и старался сделать ее пребывание в Америке как можно приятнее. Почему она так переменилась? Не оскорбил ли он ее чем-нибудь?
Наконец он решился спросить ее, почему она стала такой молчаливой.
- Мисс Эльверд,- сказал он,- если вы ничего не скажете мне, мы с вами сегодня вечером не сможем вместе проводить беседу с людьми на миссионерском собрании. Как мне молиться вместе с вами, когда наша дружба нарушена? Скажите же наконец, чем я провинился перед вами.
Ее ответ очень удивил его.
- Я все время думаю о Тибете,- с тревогой в голосе призналась она.
Причиной ее хмурого настроения являлся вовсе не ее спутник. Господь говорил с ней. Он предупредил ее о том, что безбожные коммунисты из Китая начнут ужасное преследование беженцев в Тибете. В ночном видении Он показал ей, какие страшные силы собраны там, чтобы уничтожить церковь Божью. Теперь все ее мысли постоянно пребывают там.
Ночью она вместо сна долго молилась за христиан в Китае и Тибете. И сейчас в этой поездке она не могла не думать беспрестанно о том, что там может произойти.
Спустя неделю они увидели в киоске газету, сразу привлекшую их внимание.
На первой странице большими буквами было напечатано:
"Массовое убийство трех тысяч беженцев в Тибете".
Жестокая расправа, как в Варфоломеевскую ночь.
Глэдис, дрожа от ужаса, все перечитывала страшный заголовок. В глазах у нее потемнело, и она без сознания упала на пол.
Несколько часов спустя, когда она окончательно пришла в себя, ее стала терзать мысль о том, что она мало молилась за беженцев в Тибете. О, если бы она молилась более серьезно, более настойчиво и с большей искренностью, то они, может быть, остались бы в живых!
Молодой сопровождающий с сочувствием и почтением слушал ее. Его потрясла ее способность так глубоко сопереживать страдающим людям. Она переносила боль своих друзей-христиан вместе с ними настолько реально, будто страдала сама. Живя в полном согласии с христианскими установлениями, она ощущала свое единство со всеми возлюбившими Господа Иисуса. Ведь они принадлежали к одному Телу, одной Церкви. "Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены" (1 Кор. 12, 26).