Из баптистского миссионерского пункта Цзечжоу сообщили, что в Южном Китае госпожа Чан Кайши открыла большой приемный пункт для китайских сирот военного времени.
Давид Дэвис, миссионер в Цзечжоу, посоветовал Глэдис перевести большую группу детей под ее руководством на юг, где дети и сама Глэдис будут в безопасности.
Благодарная за эту весть, Глэдис отправила сто детей в Цзечжоу под руководством благовестника мистера Лу. Взяв еще одну группу детей из миссионерского пункта Давида Дэвиса, он повел их кратчайшим путем по главной дороге к Желтой реке. Большие паромы перевезли беженцев на южный берег, где они нашли безопасный приют.
Миссионер Дэвис был очень встревожен тем, что сама Глэдис все еще оставалась в районе боевых действий. Что с ней случится, если японцы возьмут ее в плен? Им уже стало известно, что женщина с Книгой передает сведения о передвижениях японских войск генералу китайской армии.
Давид Дэвис направил к Глэдис посланца с предупреждением, что для нее лучше покинуть область. Но Глэдис не верила, что она в опасности. Она хотела остаться со своими детьми и ежедневно обходить близлежащие селения, чтобы утешать больных и проповедовать им Евангелие.
Несколько недель Янчэн был свободен от военной оккупации, и люди мало-помалу возвращались из деревушек и пещер в свой разрушенный город. Глэдис и дети со своими скудными пожитками также вернулись на полуразваленный миссионерский постоялый двор. Они оттащили обломки стен, сделали уборку, и Чан, как раньше, сварил на кухне просяную кашу.
"Смогут ли жители оставаться в своих домах, восстановить город и начать новую жизнь?" - думала Глэдис.
Пытаясь остановить продвижение японских войск на юг, китайцы взорвали дамбы вдоль Хуанхэ. Это очень затруднило продвижение беженцев на безопасный правый берег. Дороги были заняты военными колоннами, поэтому беженцы вынуждены были идти по затопленной земле, где вода реки превратила желтую почву в мягкую глиняную массу. Люди едва могли передвигаться. До смерти усталые, они босиком пробирались по мокрому, чавкающему грунту, с большим трудом неся с собой на временных носилках больных и детей.
Наступил момент, когда войска генерала Чан Кайши начали отступление под неумолимым натиском японской армии.
В это время пришли из своей крепости в Яньани в область Шаньси партизаны Красной армии генерала Мао Цзэдуна, чтобы завербовать крестьян для усиления своей армии. Призыв встретил активный отклик у простых людей, уставших от угнетения жестокими помещиками.
Мао Цзэдун обещал народу освобождение от вековой нищеты, эксплуатации и угнетения беспощадными землевладельцами, обещал крестьянам Северного Китая новое будущее, и десятки тысяч этих простых, одетых в голубые рубахи людей присоединялись к быстро растущей армии генерала Мао. В глазах у них горел огонь ненависти к своим бывшим угнетателям.
Взбудораженные революционными лозунгами, они с невиданным энтузиазмом бросались в бой против японцев, против солдат армии генерала Чан Кайши, а заодно и против бесчисленных мирных граждан, которых они в своем чрезмерном увлечении считали врагами.
Миссионер Давид Дэвис в Цзечжоу очень беспокоился о судьбе Глэдис в этом растущем военном хаосе, хотя Янчэн временно и находился немного в стороне от боев на нейтральной земле. Услышав о том, что японцы расстреливают выявленных помощников китайской армии, он заволновался еще больше. Глэдис необходимо было как можно скорее покинуть Северный Китай. Давид вновь направил к ней посланца. Глэдис с изумлением прочитала его письмо. Неужели Давид думает, что она оставит свой миссионерский труд и из трусости убежит на безопасный юг? Нет, никогда. Она сама расскажет ему, что Бог призвал ее в этот горный город. В этом она твердо уверена. Давид Дэвис не должен препятствовать выполнению ее миссии.
Глэдис поехала в Цзечжоу на осле. Через два дня она сидела в миссионерском пункте Цзечжоу перед Давидом Дэвисом.
- Ты должна как можно скорее покинуть Янчэн! - убеждал он ее.
- Почему ты так настаиваешь? - раздраженно ответила она.- Разве ты не знаешь, Кто призвал меня? Я не могу, не хочу быть неверной, я останусь у своих детей в Янчэне.
В его глазах вспыхнул сердитый огонек.
- Да, я знаю, Кто тебя призвал. И я также знаю, Кто теперь велит тебе уйти. Сам Господь это повелевает.
Она с недоверием посмотрела на него.