Вдруг Майкл распрямился и обвёл их прояснившимся взглядом.
- Итак, вы считаете, что я плохой художник? – спросил он вдруг по-итальянски с каким-то странноватым произношением слов. - Вы посмели усомниться в моём таланте? Да как вы смеете говорить это мне, Микеланджело Мерци да Караваджо, что я не умею рисовать? Сам кардинал Франческо Мария Борбоне дель Монте покровительствует мне! Я писал для апостольского нунция Маффео Барберини, герцогов Карафа-Колонна и Лорены! Мной восторгались маркиз Винченцио Джустиниани и кардинал Щипион Боргезе! Я рисовал для церквей Рима и Неаполя! Я – автор портрета магистра Мальтийского ордена Алофа де Виньякура! А вы кто такие? Кучка недоучившихся школяров с тугим кошельком! Что вы знаете об искусстве? Что вы знаете о муках художника? Когда я рос на улицах и рисовал натюрморты и уличных мальчишек, мне являлись такие сюжеты, о которых вы даже думать не можете! Проклятые торгаши! Вы думаете, купить можно всё? Вы думаете, угроза ареста продала вам мой талант и душу? Да, вы можете купить мою свободу. Но мой дар и мою руку вам не купить!
Майкл метался по мансарде перед остолбеневшими преподавателями, расшвыривая мольберты и тюбики с красками. Банку с отмачивавшимися в ней кистями он швырнул в дверь. Банка разбилась вдребезги, оставив на двери мокрое пятно, кисти полетели во все стороны. Преподаватели потихоньку стали пятиться к двери. В эту минуту на шум просунулась голова Питера, соседа Майкла по комнате.
- Срочно вызывай скорую - парень свихнулся, - схватив его за шиворот, в самое лицо прошипел куратор, косясь на беснующегося Майкла.
- Чёрт, что… - начал было Питер, но куратор его перебил:
- Он считает себя Караваджо, - Питер понимающе кивнул и нахмурился. – Возможно, это временное помутнение. Но его сейчас лучше изолировать. Ещё зашибёт кого-нибудь.
Питер кивнул и исчез. Через некоторое время слегка утихомиренного уколом Майкла выводили из стен колледжа двое дюжих санитаров. Майкл вырывался и кричал что-то по-итальянски. Но из-за скорости его речи, ярости произношения и гомона окружающих понять его было невозможно. Питер упросил санитаров поехать с ними. В дороге Майклу снова сделали укол, и после нескольких минут вялого буйства, он заснул.
Поздно вечером Питер вернулся в свою комнату. Предварительный осмотр Майкла больничным психиатром особого толка не дал. Отделываясь общими фразами, тот старался обнадёжить Питера. Нервное перенапряжение перед дипломом, огромная работа, бессонница, негативные отзывы вызвали у Майкла помутнение сознания. Ему надо несколько дней отдохнуть в стенах больницы. А потом он, психиатр, его снова осмотрит. Возможно, Майклу понадобится только перемена обстановки и отдых. И он снова обретёт себя и свой разум.