– Неужели неубедительно? – насмешливо спросила Анна, обводя всех торжествующим взглядом. – Тот, о ком идет речь, явно очень красив и знает об этом. Ему еще нет сорока, но этот возраст – не за горами. Упреки неизвестного сильно смахивают на угрозу доведенного до отчаяния человека, который уже испробовал все остальные аргументы.
Снежко нервно прочистил горло и протянул руку:
– Дай-ка сюда.
Анна безропотно протянула книжку. Саша зашелестел страницами, впиваясь в строчки глазами.
– Невероятно. Как же я раньше не замечал? А остальные куда смотрели? – бормотал он себе под нос, то и дело потирая переносицу.
– Молодец, Аня, – похвалил Макс, на секунду отрывая взгляд от раскисшей дороги.
– Но почему ты решила, что красавчика отчитывает именно женщина? – спросила Яся.
Неожиданно вместо Анны ответил Снежко:
– Да вот же, здесь так и написано, – воскликнул он и с такой силой ткнул в страницу пальцем, что едва не разорвал ее пополам. Как вам такие строки:
– Слов нет! – вздохнула Яся. – Похоже, и вправду нашего красавчика поджимает время. Его призывают «поспешить».
– Слушайте, это невероятно, но у героев сонетов Шекспира действительно те же проблемы, что и у неизвестной супружеской пары из «Жертвы любви». Те так же были бездетными. Целомудренный брак – так они это называли. – Говоря это, Сашка то и дело покачивал головой. Его энциклопедический мозг отказывался верить в сенсационное открытие.
– Действительно, – согласилась Яся. – Герой сонетов – вылитый Голубь. И проблема та же самая. Помните, как ПРИРОДА – был в том сборнике и такой персонаж – настойчиво пыталась подложить Феникс в постель собственному супругу? Черт, этого не может быть! – всплеснула она руками. – Ребята, да это же Нобелевская премия!
– Да фиг с ней, с премией, – отмахнулась Аня, – нам бы только разобраться.
– Верно, – с энтузиазмом поддержал ее Сашка. Слушайте, что дальше было! – Он отодвинул книгу подальше и с выражением продекламировал:
– Так, до семнадцатого сонета все одно и то же, – доложила Аня. – Потом идет много всякого-разного, а вот в шестьдесят втором… Короче, дамочка, не дожидаясь согласия своего возлюбленного на потомство, решила проблему кардинально.
– Это как? – заинтересовалась Яся.
– Обыкновенно, – пожала Анна плечами. – Отправилась повышать свою самооценку в другом месте.
– Мужика завела, что ли? – усмехнулся Снежко.
Анна кивнула:
– И, похоже, что не одного. Вот, послушайте. Здесь снова речь идет от лица мужчины:
– И еще вот тут, в восемьдесят пятом:
– В шестьдесят девятом и семидесятом сонете ОН еще пытается оправдать ее поведение, но ОНА – сонет девяносто пятый – не верит в его искренность.
– Каково? – Анна обвела всех взглядом. Макс поморщился, а Снежко возмутился:
– Совсем спятил мужик!
– Не переживай, – усмехнулась Аня, – его благородства хватило ненадолго. В сто сорок втором сонете он отыгрался на барышне с лихвой:
– Просто самобичевание какое-то, – проворчал Сашка.
– Ты дальше слушай!
На этот раз Снежко воздержался от комментариев, а Яся протянула задумчиво:
– Что-то серьезное натворила эта дамочка. Последние строки очень похожи на угрозу.
– Верно, – согласилась Аня, – но у мужчины и у самого рыльце в пушку.
– Это ты на «порок» намекаешь? – уточнил Сашка и добавил снисходительно: – Это слово вполне может быть использовано как аллюзия…
– Не знаю, что такое «аллюзия», – невежливо перебила Анна, – но там, дальше, так сказать, в первоисточнике, про этот «порок» все разъясняется. Сонет сто сорок четвертый, к вашим услугам:
– Это на что это он намекает? – пробормотал Макс после паузы.
– По-моему, все яснее ясного, – мрачно откликнулся Снежко. – Только это не секрет. Всем известно о бисексуальности Шекспира. «Белокурый друг» и «смуглая леди» – это ж давным-давно имена нарицательные! Думаю, что Бен Джонсон намекал именно на это. Помните? «Человек может грешить беззаботно, но безопасно – никогда»?
– Да погоди ты, – рассердилась Анна. – Ты ничего не понимаешь!
– О чем это она? – удивился Сашка.
– Кажется, я догадалась! – Яся глубокомысленно наморщила лоб и произнесла, впрочем, без особой уверенности: – Эта «смуглая леди» соблазнила «белокурого друга», а Шекспир остался с носом, правильно?
– Умница! – Анна одобрительно прищелкнула пальцами. Снежко и Макс не разделяли восторга женской половины.
– Так она соблазнила его или нет? – не выдержал, наконец, Снежко, когда его попытка заглянуть в книгу с переднего сиденья увенчалась полным провалом. Анна подняла голову, мстительно прищурилась и с удовлетворением кивнула:
– А то как же!
– Хм, конкретнее некуда…
– А вот еще! Здесь он прямо указывает на то, что неверная была его женой:
– И все-таки не нравится мне этот тип: слабак и нытик, – неожиданно призналась Яся. – Одно ясно: кем бы ни был Шекспир на самом деле, он имеет самое прямое отношение к нашим «голубкам» из «Жертвы любви». Если только он сам не…
– Боюсь, что это может быть именно «он сам», – грустно покачала головой Аня. – Сонет восемьдесят девять, черт его побери:
– Единорог-хромоножка! – ахнул Снежко. – Шекспир из Страдфорда не хромал! – с неожиданной злостью заорал Саша. – Это же черт знает что такое!!!
Глава 23