Этот эпизод в ресторане, являющийся важнейшим для понимания исчезновения актрисы, вызывает множество вопросов, на которые мне на сегодняшний день не смог ответить ни один из знакомых мне работников ресторана. Начать с того, что в тот вечер ресторан был почти полон. Странно, что, несмотря на присутствие очень большого количества свидетелей, полиции не удалось составить точного описания этого таинственного мужчины, а ведь тот говорил с актрисой. Официальные отчеты, которые департамент полиции Лос-Анджелеса согласился предать гласности, не содержат об этом никакого прямого свидетельства. О его присутствии упоминается всего один раз, и его описание – «брюнет среднего роста без особых примет» – кажется составленным не на основании конкретных источников информации. В полицейских документах ничего не говорится о том, что было предпринято с целью установить его личность.
Этот момент представляется мне крайне важным. Основываясь исключительно на отчетах, предоставленных прессе в начале 1959 года, я обнаружил, что в первые дни расследования именно этот человек, судя по всему, находился в центре внимания полиции. Так, в «Лос-Анджелес геральд экспресс» приводится свидетельство некой Седи Л. Когда Элизабет пришла в «Голубую звезду», Седи ужинала там со своим молодым человеком. Она не узнала актрису, но несколько секунд смотрела на нее, «потому что она была хорошенькая и того типа женщиной, на которую мне хотелось бы быть похожей». Седи даже вспоминает ее наряд: серое платье с пуговицами в виде жемчужин. Это платье, в котором Элизабет много раз видели близкие друзья, очевидно, не было найдено в ее вещах. Что еще интересно, эта свидетельница дает намного более подробное описание незнакомца из «Голубой звезды», которое сохранилось в досье департамента полиции Лос-Анджелеса. Седи рассказывает о мужчине «лет сорока, с очень черными волосами, жутковатым взглядом, в изящном костюме – не дорогом, но и не дешевом». Она даже уверяет, что спросила себя, как такая хорошенькая девушка могла найти такого сурового мужчину. Именно благодаря показаниям той же свидетельницы нам стало известно, что актриса покинула ресторан раздосадованная, почти в гневе. Другой свидетель, пожелавший остаться неизвестным, подтверждает версию Седи.
Как могло случиться, что это описание до сих пор не фигурирует в полицейских досье, с которыми я смог ознакомиться? Почему нигде не указаны возраст и одежда незнакомца? И бросавшееся в глаза неспокойное состояние актрисы, когда она выходила из ресторана? По моему мнению, должно быть рассмотрено множество версий, которые, впрочем, не являются исчерпывающими. Первая из возможных: досье департамента полиции Лос-Анджелеса являются неполными, часть данных из них исчезла, некоторые протоколы допросов не были преданы гласности. Вторая версия: таинственный персонаж был опознан полицией до того, как был объявлен непричастным к делу. Это стало понятно с тех пор, как департамент полиции Лос-Анджелеса не бросил на съедение прессе имя идеального виновника. Впрочем, эта версия является частью первой: личность мужчины запрятана где-то в полицейских архивах, так и оставшихся секретными. Последний из возможных вариантов: расследование велось не слишком тщательно: важнейшие улики и свидетельства упущены участниками расследования. Последняя версия кажется мне наименее вероятной. Нетрудно вообразить себе ситуацию, при которой вся шумиха вокруг исчезновения актрисы подтолкнула важных полицейских чинов считать это дело наиважнейшим и оказывать давление на участников расследования.
В следующем абзаце автор с яростью нападает на предположение, что Элизабет могла исчезнуть по своей собственной воле.
На следующее утро, в субботу 26 января, около 9 часов соседка Элизабет заметила, как та выезжает из своего жилища в Сильвер-Лейк, где поселилась несколькими месяцами ранее, в своем «Шевроле» модели «Бэль Эр». Актрису никто больше никогда не видел. Ее машина была найдена патрульным полицейским три дня спустя на улице, перпендикулярной Голливудскому бульвару, менее чем в 300 метрах от ресторана, где в пятницу вечером происходила встреча. Исследования «Шевроле» ничего не дадут. Ключи от машины так и не будут найдены.