— Тому, что свою работу я люблю больше, чем успех.
— Чему научило вас кино?
Журналистка, зажав ручку в зубах, с диктофоном на ладони, довольная своими конкретными вопросами, ждала ответа от Энни.
— Я узнала, что у меня круглая попка.
Энни встала, попрощалась с журналисткой, бравшей у нее интервью, и вышла из комнаты.
Джоанна поблагодарила коллегу, женщины поздравили друг друга с эксклюзивным интервью, пообещали как-нибудь позавтракать в городе, звонко расцеловались и разошлись.
Джоанна вернулась к Энни, которая не отрываясь глядела на океан. Она продала дом в Беверли-Хиллз и обосновалась здесь, на побережье, в длинном белом одноэтажном строении у самой кромки воды — в таком доме должен был бы жить инженер, врач, какая-нибудь семейная пара, принадлежащая к среднему классу, а не звезда-мультимиллионерша. Джоанна не одобряла этого решения, но, когда она поняла, какую выгоду смогут извлечь из этой истории фотографы, как будут биться журналисты за то, чтобы описать жизнь Энни в ее временном уединении, она решила, что грех не использовать такую возможность.
— Браво! Ты дала ей материал для симпатичной статьи.
Энни покачала головой, не отрывая взгляда от пенящихся волн:
— Сегодня выходит на свободу Итан.
— Ты не поедешь встречать его у тюрьмы?
— Нет. Я отправила за ним машину. Мне не хочется, чтобы у исправительного учреждения по твоей наводке оказался полк папарацци, которые навеки запечатлеют меня в его объятиях.
Джоанна даже не попыталась возразить. Энни оценила это и обернулась к своему агенту:
— Теперь мне лучше.
Услышав это невыносимое признание, Джоанна не смогла сдержать свое разочарование.
— Знаешь, с тех пор как тебе стало «лучше», тебе на самом деле стало значительно хуже. Энни, ты занимаешься одним из самых увлекательных дел на свете, одним из самых прибыльных, а хоронишь себя здесь, тебе все равно. Весь Голливуд сходит с ума от желания заполучить этот сценарий, речь идет о событии будущего года. А ты намерена прозябать здесь, рядом с Итаном.
— Я прочла его.
Джоанна захлопала в ладоши. Наконец-то! Комедия «Женщины моего отца» заявлена как новый хит. Агенты в боевой стойке дрались за то, чтобы пристроить в этот фильм своих протеже. Однако Энни Ли, первая из актрис, кому была предложена роль, за два месяца не удосужилась даже ответить.
— На студии хотят только тебя, понимаешь ты это? Только тебя! Они отказали более знаменитым актрисам.
— Жаль, потому что меня это не интересует.
Джоанна побледнела. Энни снова устремила свой взгляд на Тихий океан.
— Дорогуша, это невозможно, это не какая-нибудь там проходящая картина, это Фильм!
— Ты совершенно права. Это ФИЛЬМ, САМЫЙ ИДИОТСКИЙ ФИЛЬМ года.
— Одному Богу известно, сколько актрис готово претендовать на главную роль.
— Ты хоть раз рассмеялась, читая сценарий? Я — нет. А персонажи? Едва намеченные силуэты, излагающие пошлости…
— Это нынче любят.
— Значит, у них плохой вкус.
— Пьеса с триумфом прошла на Бродвее!
— Если тысячи людей превозносят всякую дурь, это еще не причина менять свое мнение.
— Энни, проснись! Мы в Голливуде, дорогая. Существуют проекты, в которых нужно принимать участие. Думаю, ты не понимаешь, что у тебя в руках. Ты принадлежишь к закрытому клубу тех, кому первым предлагают сценарии. Ты можешь выбирать.
— Вот именно. Я и отказываюсь.
— Это самоубийство!
Энни подошла к низкому столику, заваленному сценариями:
— Джоанна, ты должна понять, что я завязываю с этой работой. Это сплошная ложь. Мне очень хочется сниматься, сыграть в красивой истории. Сделать роль, которой бы я гордилась. — Она кивнула на кипу сценариев. — Вот, смотри… Обещаю прочесть их все на этой неделе. Может быть, там найдется что-нибудь стоящее, а?
Джоанна обиженно пожала плечами: стоило ли уходить из отцовской фирмы в Сиэтле, стоило ли убивать жизнь, добиваясь успеха в Голливуде. По кирпичику выстроить карьеру звезды, чтобы в конце концов услышать то, что она услышала.
— С меня хватит. Удачных тебе находок с твоим каторжником. Я не собираюсь терять время.
Джоанна хлопнула дверью. Идя к машине, она все ждала, что Энни позовет ее. Сто раз она уже переживала подобное: сто раз уходила, стараясь при этом показать, как страдает, сто раз доброе сердце Энни не выдерживало, и она бежала за ней.
Джоанна украдкой оглянулась на дом. Энни не было видно.
Сдерживая беспокойство, Джоанна села за руль и несколько минут приводила в порядок макияж.
Все впустую. Энни отправилась гулять на берег океана.