— Джейк.
Час спустя Сьюзен критически оглядывала себя в зеркале, перед тем как выйти из номера и спуститься в ресторан, где у них была назначена встреча с Эдвардом. В узкой юбке прямого покроя до колен и в белой шелковой блузке она выглядела деловой женщиной. Но это только вниз от шеи. А если смотреть от шеи вверх, то она выглядела как женщина, которая только что долго и с удовольствием занималась любовью с мужчиной; Ее глаза блестели, губы припухли, и даже строгая прическа мало что меняла в ее облике. С таким же успехом Сьюзен могла держать над головой плакат следующего содержания: «Да, я это сделала, и не один раз, и не могу дождаться, когда займусь этим снова».
К ней подошел Джейк, их взгляды встретились в зеркале, Джейк привлек ее к себе и поцеловал в шею. Сьюзен понимала, что должна отстраниться, но вместо этого изогнулась так, чтобы ему было удобнее.
— Ты прекрасна, — прошептал Джейк. Ладонями он накрыл ее груди поверх блузки, отчего у Сьюзен сбилось дыхание. — И от тебя так приятно пахнет. Что это за духи?
Сьюзен подумала, что обязательно ему ответит, как только снова обретет дар речи. Вздохнув поглубже, она сумела прошептать:
— Называются «Весенний ливень».
Джейк поднял голову и посмотрел на отражение Сьюзен в зеркале.
— Ты шутишь?
— Нет.
Если бы Сьюзен была сейчас в состоянии произносить длинные фразы, то она бы объяснила, что Джейк своими прикосновениями лишил ее способности к такой сложной умственной деятельности, как шутка.
— Именно так от тебя и пахнет: весной и дождем.
Сьюзен улыбнулась, стараясь не смотреть на отражающиеся в зеркале руки Джейка, накрывающие ее груди.
— Послушай, если ты не прекратишь… — Голос плохо слушался Сьюзен, дрожал, слова вылетали с придыханием, — мы так и не попадем на обед с Эдвардом. И он поймет, чем мы тут занимались.
Джейк усмехнулся.
— Поскольку Эдвард нашел себе женщину, он, вероятнее всего, занимался тем же самым.
— Неважно, нам предстоит обед с клиентом, так что давай настроимся на деловой лад. — Собрав волю в кулак, Сьюзен отстранилась от Джейка. — Давай договоримся, что до тех пор, пока мы не вернемся в номер, ты ко мне не прикасаешься.
Джейк горестно вздохнул.
— Тогда, наверное, и целоваться нельзя?
— Конечно.
— И обниматься?
— Исключено!
— Ну а смотреть-то хоть на тебя можно?
— Можно, но только не таким взглядом. Джейк притворился удивленным.
— Каким «таким»?
— Как будто ты хочешь меня съесть.
— А что, это мысль! — Джейк прислонился к стене, усмехнулся и подмигнул. — Тебя случайно нет в меню обеда?
О, черт, подумала Сьюзен, я, как дура, теряю голову от сексуального мужчины, который мне подмигивает! Это глупо, нелепо, но это так. Почему-то именно подмигивание заводило Сьюзен сильнее всего. Она поняла, что им нужно как можно скорее, немедленно покинуть номер, иначе они не выйдут из него в течение ближайшего часа, а то и двух. Она схватила сумочку и поспешила к двери.
— Меня ты получишь на десерт, но для этого ты должен вести себя как хороший мальчик.
Помни, десерт бывает только после обеда, а не перед ним.
Чтобы не поддаться искушению, в лифте Сьюзен и Джейк встали у противоположных стен кабины. Джейк прервал напряженное молчание:
— Сьюзен, хочу, чтобы ты знала: хотя мне не терпится тебя раздеть, я понимаю, что нам предстоит деловой обед, и буду вести себя прилично.
— Отлично. Я тоже, хотя мне не терпится раздеть тебя.
Джейк подошел к ней и, опершись ладонями о стену, наклонился так, что его лицо оказалось в паре дюймов от лица Сьюзен. Он ее не касался, но тепло его тела согревало Сьюзен так, как будто он развел костер у нее под юбкой.
— Но после обеда я дам себе волю.
От его многообещающих слов, от его дыхания, щекотавшего ей ухо, по коже Сьюзен побежали мурашки. Так нечестно, в панике думала она, Джейку надо было оставаться на своей половине лифта! А теперь я вся пылаю и в голове не осталось ни одной мысли о работе!
Сьюзен решила отплатить Джейку той же монетой. Когда они вышли из лифта, Сьюзен немного обогнала Джейка, оглянулась через плечо и тихо сказала:
— Знаешь, на мне нет белья.
Джейк остановился так резко, словно налетел на невидимую стену. Сьюзен шла за метрдотелем к столику, Джейк смотрел ей в спину, и в его мозгу снова и снова звучали его слова: «На мне нет белья». Его попытка оставить последнее слово за собой позорно провалилась, финальная реплика Сьюзен надолго лишила его дара речи. Джейку оставалось только надеяться, что, когда он снова откроет рот, из него не вылетит фраза: «На Сьюзен нет белья». Он не без труда оторвал взгляд от ее аппетитной попки и прибавил шаг.