– Куда это, Олюшка, средь недели мыкалась? В город?
Ольга недружелюбно зыркнула на Дарью.
– Вам-то что? Куда мне надо, туда и ездила.
Дарья даже остановилась, настолько неожиданной оказалась грубость, брошенная Ольгой в ее адрес.
– Да что ты, Оля? Я просто так спросила…
Дарья была обескуражена. В ответ на ее слова Ольга вся как-то подобралась и быстро пошла по улице, будто Дарья могла ее догнать. Дарья даже остановилась. Ничего себе! Да чем же она такое отношение заслужила? Будет каждая пигалица вот так огрызаться?
Дарья вернулась домой сама не своя. Даже происшествие в столовой померкло перед неожиданной грубостью Ольги. Весь вечер она не находила себе места, думала и гадала, где могла перейти дорожку этой Ольге. Ведь недавно же шила костюмы для всех для них же! И Ольга была веселая, шутила… Что же успело стрястись за столь короткий срок? И чем больше она думала и гадала, тем больше хотела поговорить с Полиной.
Утром, когда она по прохладе торопилась на работу, Дарья старалась ни о чем таком не думать. Она тщательно искала в своей жизни что-нибудь приятное, за что можно зацепиться мыслью. Подумала про золотые шары, которые давно хотела развести под окнами столовой. Решила завтра же откопать в палисаднике и рассадить, пока они сильно не пошли в рост. Остановилась, стала искать в сумке ключ и краем глаза заметила: что-то не то. Обернулась и ахнула. Будки стояли целехонькие! Обе! Ночью двери были возвращены на место. Дарья, не открыв столовой, подошла к уборным. Постояла, покачала головой. Она должна была признаться себе, что в корне изменила свое мнение о Доброве. Зауважала его. Сегодня Спонсор одержал в Завидове свою первую победу.
Глава 14
Первым делом, вернувшись домой, Полина решила серьезно поговорить с Борисом. Разговор с сестрой не давал покоя. Больше всего она хотела прекратить всякие сплетни вокруг себя и Доброва. Сделать это можно, только расставив все точки над i. Она была сердита на Доброва и хотела прямо заявить ему об этом. Но Бориса в деревне не оказалось.
– Уехал по своим делам, – ответил отец, с трудом пряча хитринку во взгляде.
Полина ничего не сказала на это. Оказалось, Добров хоть и уехал, но успел наделать дел, о которых каждый встречный считал своим долгом покалякать с Полиной. В первые же дни ей пришлось выслушать подробнейший отчет о преобразовании столовой, о таинственной пропаже и чудесном возвращении дверей с уборных. Полинина начальница, не церемонясь, в лоб поинтересовалась:
– А чё это он для столовских старается? Ты б ему сказала, клуб тоже ремонту требует…
Полина нагрубила начальнице, с работы ушла хмурая. Эх, если бы Добров попался ей в эту минуту! Но он словно чувствовал, что с Полиной лучше не встречаться, – уехал. Обычно, когда Полине кто-то портил настроение, она принималась за уборку. Так и на этот раз. Она сдвинула мебель на середину комнаты, принесла тряпки, ведро с водой и принялась мыть и чистить с каким-то упрямым остервенением. В самый разгар уборки калитка стукнула, Полина выглянула в окно. У забора стояла Ольга, возилась со щеколдой. Полина давненько не видела своих артистов, поэтому перемена, произошедшая в облике Ольги, сразу бросилась ей в глаза. Ольга выглядела хуже обычного, на лице проскальзывало хмурое выражение недовольства, так ей несвойственное. И еще от Полины не ускользнуло: Ольга волновалась. Она оглядывалась, теребила поясок платья, крутила часы на запястье.
– Оля, что случилось? – напрямик спросила Полина, с удивлением наблюдая перемену, произошедшую в девушке за две недели. – Да не оглядывайся ты, никого нет дома. Тимоха носится где-то целыми днями… Говори. Ты заболела?
– Да… Нет, не то… Я… Короче, Полина Петровна, помогите мне сделать аборт.
– Вон что… – после некоторой паузы промолвила Полина.
Она ушла на кухню, неторопливо вымыла руки, давая себе время собраться с мыслями.
– Садись, – кивнула Полина на диван. – Квасу хочешь?
Ольга отчаянно покрутила головой.
– Сколько тебе лет, Оля? – буднично спросила Полина, переставляя фиалки на подоконнике. – Двадцать три? Двадцать четыре?
– Да при чем тут это? – немедленно взорвалась Ольга.
Полина поняла, что этот вопрос ей уже задавали. С ней уже беседовал районный гинеколог и говорил все эти правильные слова, которые в первую минуту запросились на язык Полине. Ее уже уговаривали оставить ребенка, но уговоры на Ольгу не подействовали. Не нужно забывать, что Полина была зла и в подобном состоянии ей было не до сюсюканья. Она встала у стола и уставилась на Ольгу.
– Тебя что, изнасиловали? – напрямик спросила она.
– Нет. Зачем? – не поняла хода ее мыслей Ольга.
– Значит, полюбовно… – сделала вывод Полина.
– Да нет же… Случайно это… Разве так не бывает?
– Случайно… Я и спрашиваю тебя, Оля: ты что, маленькая? Ты не знала, что от этого детки бывают? Или тебе рано родить? По-моему, так в самый раз!
– Как это в самый раз? Я же не замужем!
– Так выходи, – спокойно сказала Полина.
– Да не за кого мне выходить, Полина Петровна! Вы что, нарочно так говорите? Где у нас парни-то?
Полина подсела поближе и заглянула Ольге в глаза:
– Залететь, значит, есть от кого, а замуж не за кого…
– Да! Замуж не за кого! – с вызовом ответила Ольга и отвернулась к окну.
– А отец ребенка знает?
– Нет… – после некоторой паузы выдавила из себя Ольга. – И не узнает.
– Вот как? Я даже не предполагала, Оля, что ты можешь быть такой жестокой… – задумчиво протянула Полина.
– Жестокой? А со мной как? Откуда вы знаете, что я чувствую? Может, этот человек женат? А может, я другого люблю? А может…
– Ты мне лапшу-то не вешай, – остановила ее Полина. – Какой срок?
– Три месяца… Нет, четыре.
– Так три или четыре?
– У меня месячные нерегулярные. В больнице ставят четыре, а я думаю, что три.
– Все ясно. У тебя уже живот видно. Тут четыре налицо, а ты: «три»… Мой тебе совет: как можно быстрее признайся Гене. Он будет счастлив. Он…
Ольга немедленно вспыхнула, лицо ее исказилось, слезы брызнули из глаз.
– С чего вы взяли, что это Генка? Кто вам сказал?! Языки поотрывать бы! Да вы только представьте его рядом со мной! Обхохочешься!
Ольга ревела, а словами пыталась изобразить смех. Взрыв ее эмоций немедленно убедил Полину в том, что она угадала. Ольгин ребенок от Генки Капустина.
– Значит, спать с ним – не обхохочешься. Сойдет. А в мужья надо кого-нибудь посолидней. Я правильно тебя поняла?
– Да ну вас! Я к вам за помощью пришла, как к старшей! А вы туда же со своими нравоучениями! Все равно я этого ребенка рожать не буду! Не заставите! И замуж за этого идиота не пойду, хоть убейте!
– Гена – не идиот, – спокойно возразила Полина. – Он порядочный, добрый парень. Он будет отличным мужем и отцом, кому посчастливится. А вот ты…
– А я – дрянь! – вскочила Ольга и пролетела мимо Полины в прихожую. – Так по-вашему? Всю зиму с Генкой встречалась потихоньку, чтобы никто не знал, потому что тошно одной! А мечтала-то о другом! Хотела-то другого! Надо же, какая я бяка!
– Все мы когда-то о чем-то мечтали, – спокойно сказала Полина. – Жизнь заставляет корректировать планы и, бывает, ломает мечты. Но поверь мне, девочка, она всем приготовила подарки. И тебе тоже. Только ты сейчас добровольно от своего подарка отказываешься…
– Нужен мне такой подарок!
– Да это же твой ребенок, дурочка! Часть тебя! Как не подарок?
Ольга в сердцах махнула на Полину рукой.
– Не хотите помочь, так и скажите. Зачем красивыми словами прикрываетесь?
– Тебе в больнице сказали, что аборт поздно делать? Чего же ты от меня ждешь?
– Ну ведь есть какие-то таблетки, травы, наконец? – не унималась Ольга. – Вы ведь всем помогаете! Чем я-то не угодила?