Как одна из первых членов партии, совершенно безвредная для Иосифа Виссарионовича Сталина, Стасова использовалась пропагандой для создания образа преемника и последователя Ленина. Еще в начале становления партийного руководства между Сталиным и Лениным возникали разногласия. Владимир Ильич считал, что должность генерального секретаря исключительно «секретарская», номинативная. Сталин стремился к превращению этого поста чуть ли не в титул. По его мнению, необходимо было сосредоточить власть в руках одного человека генерального секретаря партии. И видел на этой должности себя. В нескольких последних статьях («Как нам реорганизовать Рабкрин», «Письмо другу») Ленин требовал недопущения Сталина к руководству партии. Но будущий вождь уже тщательно отбирал людей для поддержания собственной власти. Его основными помощниками стали Каменев и Зиновьев. Крупной помехой на тернистом пути Сталина к руководящей должности являлся Лев Давыдович Троцкий, написавший в 1923 году книгу «Уроки Октября». В ней Троцкий рассказал всю правду о революционной деятельности, за что был объявлен злейшим врагом Сталина. Кроме того, со стороны Иосифа Виссарионовича был установлен строжайший контроль над больным Лениным. Ленин пытался выходить к партийным деятелям через Крупскую. Но к Надежде Константиновне была «приставлена» агент Сталина, секретарь Фотиева. Крупская пыталась облегчить политическое положение своего супруга, обращаясь за помощью к Сталину. Но тот однажды грубо резюмировал: «Спать с вождем — не значит его понимать». Естественно, Ленин потребовал от него извинений за эти слова. С тех пор Сталин невзлюбил Крупскую. Все мемуары Надежды Константиновны подлежали жесткой цензуре. Известно даже, что однажды в тяжелом разговоре с Крупской «отец народов» обронил: «Если Вы, Надежда Константиновна, не перестанете меня критиковать, то партия объявит, что не Вы, а старая большевичка Елена Дмитриевна Стасова была женой Ленина. Да-да, партия все может». Доверие к Стасовой со стороны и Ленина, и Сталина было бесконечным.
В 1927–1937 гг. Елена Дмитриевна являлась заместителем председателя, а потом и председателем исполкома МОПР (Международной организации помощи борцам революции) СССР. Эта организация под видом благотворительности занималась распространением коммунистического влияния за рубежом. Секция МОПР в СССР к началу 1933 года насчитывала более 10 млн. активистов.
Особое место в работе МОПР занимали политэмигранты. В 20‑е годы XX века были лишь отдельные случаи пребывания в СССР революционно настроенных иностранцев (граждан из Испании, Китая, Германии, Венгрии), получавших, как правило, статус политэмигрантов. Понять советскую политику в отношении этих лиц помогают «Тезисы к вопросу о политэмигрантской работе МОПР», составленные В. Лепешинским в феврале 1926 года. Они сводились к необходимости отсеивания эмигрантов политических от экономических, с проверкой подлинной причины их пребывания в Советском Союзе и установлением легитимности. Поражение республиканцев в революции и установление диктатуры Франко в Испании привели к массовой эмиграции испанских коммунистов. А как же работа зарубежных секций Коминтерна? Показателен в этом отношении доклад Стасовой на IV Всесоюзном съезде МОПР в 1934 году:
«Мы сплошь и рядом встречаемся с такой линией наших секций, что человек совсем не должен сидеть в тюрьме. Это далеко не верно. Мне уже пришлось выступать по данному поводу <…>. Многие наши зарубежные секции восторгаются нами, старыми большевиками, говорят, что мы — железная когорта. А откуда взялась наша закаленность? Именно оттуда, что нам часто некуда было деваться и совершенно нельзя было больше работать. Мы сидели в тюрьме, тюрьма нас закаляла. Недаром Таганку сама полиция считала социальным университетом. Почему же зарубежным товарищам при малейшей опасности ареста нужно бежать?..»
Многих революционно настроенных испанцев как и других политэмигрантов, члены МОПР склоняли к обязательному приему советского гражданства. Этому благоприятствовали не только победные шаги коммунистической партии Советского Союза, но и забота ее видных деятелей о пребывании испанцев на неродной территории. Для политэмигрантов даже устраивались поездки по крупным городам СССР с предоставлением гостиниц для дружественных делегаций.