А потом наступил новый этап чекистской деятельности. Причем работать Зарубину пришлось не одному. Его жене предстояло провести с ним несколько лет вдали от Советского Союза.
Зарубины получили задание для работы в США. 12 октября 1941 года Василия Михайловича лично проинструктировал Сталин. Он требовал оказывать воздействие на политику США через агентуру «в выгодном СССР направлении». Сталин поставил перед Зарубиным пять конкретных задач:
— добывать сведения о планах Германии в войне против СССР, которые могут быть известны госучреждениям США;
— выяснить секретные планы и цели союзников в войне и по возможности установить, когда они собираются открыть второй фронт в Европе;
— смотреть за тем, чтобы руководство США не заключило с Германией сепаратного мира и не выступило против СССР;
— отслеживать планы союзников, касающиеся послевоенного мирового устройства;
— добывать информацию о новейшей военной технике.
В те годы Кремль был озабочен намерениями американских правительственных кругов признать правительство Керенского в качестве законной власти в Советском Союзе в случае поражения в Великой Отечественной войне.
В декабре 1941 года в Нью-Йорк прибыл новый легальный резидент Василий Михайлович Зарубин, официально значившийся как вице-консул. Зарубину предстояло создать легальную резидентуру под прикрытием секретаря советского посольства в США. Жена Зарубина назначалась на должность сотрудника резидентуры.
Прибыв в США, Зарубин приложил максимум усилий для выполнения поставленных перед ним задач. И хотя в 1941 году нью-йоркская резидентура насчитывала всего тринадцать человек, ее сотрудники сумели проникнуть в правительственные учреждения и военно-промышленные объекты США. Среди тех, кто в годы войны работал в США, следует отметить Леонида Квасникова, Семена Семенова, Виктора Лягина, Александра Феклисова, Анатолия Яцкова, Константина Чугунова, Михаила Шаляпина, Ольгу Шимель и Степана Апресяна, который исполнял обязанности резидента после отзыва Зарубина в Москву в августе 1944 года.
Будучи резидентом, Зарубин не только требовал от своих сотрудников расширения агентурной сети, но и сам постоянно искал новые источники. Так, в конце 1942 года им был установлен контакт с бывшим министром авиации Франции Пьером Котом, эмигрировавшим в США в 1940 году. Связь с ним продолжалась до конца 1943 года, когда Пьер Кот выехал в Алжир. Среди других завербованных агентов можно назвать инженеров Джоэля Барра и Альфреда Саранта.
Непревзойденной вербовщицей показала себя Елизавета Юльевна. В резидентуре она отвечала за линию политической разведки. Находясь в США, Зарубина поддерживала связь с двумя десятками агентов, среди которых было немало весьма ценных источников. Она быстро завоевывала доверие людей, свободно могла выдавать себя за американку, француженку, немку, а когда требовалось — и активистку сионистского движения. Создание разведсети — дело далеко не простое. Но красавица Елизавета не боялась трудностей. Обаятельная, артистичная, она доказала свою состоятельность как разведчицы.
Деятельность Зарубиных оказалась направленной на информирование советского руководства о создании атомного оружия. Никто не ожидал, что агенты советских разведчиков помогут начать проведение операции «Энормоз». В переводе с английского это означает «громадный», «ужасный». И, действительно, предметом этой масштабной операции явилось расследование фатального для всей мировой истории проекта.
Начиналось все обыкновенно. Агент Елизаветы Зарубиной, русская эмигрантка Маргарита Ивановна Воронцова-Коненкова, супруга знаменитого скульптора, была близкой подругой Альберта Эйнштейна. Коненковы часто гостили в доме великого ученого. Создатель теории относительности испытывал к Маргарите Ивановне самые нежные чувства. Он даже посвящал ей свои стихи и писал письма, когда в 1945 году супруги Коненковы вернулись в СССР. Эйнштейн несколько раз упоминал в своих разговорах с Маргаритой Ивановной о том, что стоит на пороге величайшего открытия. Он не подозревал. что содержание этих разговоров становилось известным советской разведчице Зарубиной. Елизавета Юльевна попросила Коненкову поинтересоваться у Эйнштейна, в чем состояла суть этого открытия. Бесконечно далекая от мира науки Маргарита Ивановна расспросила великого физика о его замыслах. Эйнштейн был приятно удивлен интересом своей возлюбленной к его занятиям. Он не только рассказал ей обо всем, но и для лучшего понимания набросал несколько схематичных рисунков. Коненкова не решилась вызвать недоверие у своего близкого друга и потому не взяла их. Но хорошая память позволила ей в точности воспроизвести наброски Эйнштейна.