Трудно сказать, что переживала Динамия в эти дни. Ее мечты стать в будущем царицей царей развеялись в прах. Вряд ли она могла, поступившись честолюбием, проникнуться жалостью к побежденному отцу, скорее наоборот: прежняя неприязнь к Фарнаку, усугубленная его полководческой бесталанностью, развилась в Динамии с новой силой, и вполне возможно, что она желала отцу самого худшего, тем более что Асандр, проявивший смелость и решительность, нравился ей все больше и больше.
Асандр тем временем готовился дать достойный отпор своему царю. Он не переставал убеждать боспорских греков в том, что именно сейчас им предоставилась великолепная возможность обрести независимость и от римлян, и от их ставленников. Его агитация имела успех, и в скором времени в Пантикапее собралось сильное ополчение.
Фарнак со своим немногочисленным отрядом пересек на кораблях Понт Евксинский и, высадившись в районе Феодосии, сумел сформировать из скифов и савроматов небольшое войско. Он предпринял попытку захватить Пантикапей, но встретил сильное сопротивление со стороны Асандра и погиб в сражении.
Это произошло в 47 году до н. э.
Итак, Асандр вышел победителем в поединке с Фар-наком и теперь был вправе назваться правителем Бос-пора, к тому же этому не противилась боспорская знать.
Что же сталось с Динамией в это время? Казалось бы, со смертью отца рушились не только ее притязания на царский престол, но и вообще должны были произойти коренные перемены в жизни. Теперь судьба юной царевны полностью находилась в руках Асандра. Однако победитель не собирался ущемлять Динамию в правах; по-прежнему она проживала в царском дворце, ее, как и раньше, называли царевной, и она могла распоряжаться своей свободой по своему усмотрению. Да и вряд ли судьба Динамии тревожила Асандра в то время, когда у него — нового правителя Боспора — и без того хватало забот. Над Боспором вновь сгущались тучи, вновь грозила опасность римского вторжения.
Цезарь имел все основания не доверять Асандру, поскольку последний поднял восстание против Фарнака и, убив его, захватил власть без уведомления римлян и не имея на то их согласия. Поэтому Цезарь решил расправиться с Асандром и послал против него своего верного друга Митридата Пергамского, который оказал ему неоценимые услуги в Египте. Цезарь выбрал именно его по двум соображениям: во-первых, Митридат Пер-гамский являлся побочным сыном Митридата Евпатора от наложницы по имени Адобогиона, а это было немаловажно в деле свержения Асандра; во-вторых, Цезарь хотел вознаградить своего друга за былые заслуги, пообещав ему отдать в управление Боспорское царство.
В Пантикапее начались активные приготовления к отражению вторжения Митридата Пергамского. Асандр был полон энергии и решительности. Его в эти дни можно было видеть в разных концах города: то он находился в порту, где готовился к предстоящей войне флот, командование которым возлагалось на опытного наварха Панталеона; то осматривал городские стены, стараясь убедиться, все ли готово к возможной осаде; то проводил смотр городского ополчения.
Известие о скором приближении Митридата Пергамского взволновало и Динамию. Она оказалась перед выбором: с одной стороны, был Асандр, которого она вправе была считать узурпатором, а свое положение при нем — почетным заключением, но который был ей симпатичен за проведение независимой, антиримской политики; с другой стороны — Митридат Пергамский, приходившийся ей сводным дядей, но действующий по указке римлян, что было противно духу Динамии. Она долго раздумывала, как ей поступить, кому отдать предпочтение. Царевна была уверена, что, если Митридат одержит победу, он, учитывая родственные связи, освободит ее из почетного заключения. Но что она возымеет от такого освобождения и каковым станет ее положение при нем? Вряд ли Митридат, при всем его благородстве, сделает ее царицей-соправительницей. В лучшем случае ей будет предоставлена роль приживалки при царском дворце, а гордую и честолюбивую Динамию это никак не устраивало. Нет, уж лучше отдать предпочтение Асандру. Его положение довольно-таки прочно. Имея такую сильную армию и флот, Асандр вполне может рассчитывать на победу. А если победит, то еще больше укрепит свой авторитет и будет вправе назваться царем Боспора.