Одной из первоочередных задач Боспорского царства в это время была борьба с пиратами. Для успешного разрешения этой задачи Асандр и Динамия отрядили почти весь военный флот, которым по-прежнему командовал наварх Панталеон. Несколько лет потребовалось Панталеону, чтобы полностью очистить от пиратов воды Понта Евксинского, омывающие боспорские владения. Победа над пиратами имела важное политическое и экономическое значение: во-первых, она в огромной степени повлияла на признание римлянами Асандра и Динамии царем и царицей Боспора; во-вторых, были восстановлены нормальные морские торговые сношения Боспора с другими странами, разлаженные в период Митридатовых войн с Римом.
В ознаменование этой победы навархом Панталеоном в пантикапейском порту были поставлены статуи Посейдону Сосинею («Спасителю кораблей») и Афродите Навархиде («Судоначальнице»). Похоже, что Панталеон в угоду царю и царице распорядился, чтобы статуям были переданы их черты. Во всяком случае, в посвятительной надписи на сохранившейся мраморной базе от статуй Асандр назван царем царей, а Динамия царицей.
Тридцать лет — таков период совместного правления Асандра и Динамии. Была ли счастлива Динамия в эти годы? Конечно, Асандр, будучи стариком, не мог принести ей удовлетворения. Единственным утешением в личной жизни Динамии был ее сын Аспург, и естественно, что всю свою неразделенную любовь она перенесла на него. Видимо, не забывала она и возлюбленного своей юности — Асандроха. Зная, что Аспург является его сыном, Динамия иногда отправляла последнего в страну аспургиан, чтобы не рвать связи со своими могущественными сородичами по материнской линии.
Встречалась ли Динамия в эти годы с Асандрохом? Возможно. Но только эти встречи скорее носили государственный характер. Вряд ли боспорская царица при живом муже-царе могла себе позволить интимные встречи. Но связь их сердец не прерывалась всю жизнь.
Когда Асандру исполнилось девяносто три года, он начал дряхлеть телом, хотя, как об этом пишет Лукиан в книге «О долговечных», еще сохранял ясность ума. Кто знает, сколько бы еще прожил Асандр, если бы не обстоятельства, которые окончательно приблизили кончину старого царя. В 17 году до н. э. на Боспоре появился ловкий авантюрист с римским именем Скрибоний. Откуда он был родом и кто по происхождению, никто не знал. Сам Скрибоний называл себя потомком Митридата Евпатора и другом римского императора Августа. Скри-бонию удалось расположить к себе проримски настроенные элементы в городах Боспора, и прежде всего в Фанагории. Ему оказали поддержку также определенные слои боспорской знати, недовольные Асандром. В итоге Скри-бонию удалось собрать значительную армию и выступить против Асандра.
Царь Боспора отправил свое войско для наведения — порядка, но во время сражения Скрибонию удалось переманить на свою сторону часть воинов Асандра и одержать победу. Известие о поражении окончательно свалило Асандра, он отказался от пищи и через несколько дней умер, успев перед смертью в присутствии приближенных передать царство Динамии.
В необычайно трудное время управление Боспорским царством перешло к Динамии. Однако, умудренная тридцатилетним опытом, она самоотверженно взяла бразды правления в свои руки. Первый год правления Динамия ознаменовала выпуском золотых монет, на одной стороне которых чеканился ее портрет, а на другой были изображены звезды и полумесяц — династические символы Ахеменидов. Этим шагом Динамия стремилась подчеркнуть, что вступает на международную арену как внучка Митридата Евпатора, нарочито подчеркивая свою принадлежность к древнему персидскому царскому роду.
Однако Динамия недолго упивалась единоличным правлением. Скрибоний, почувствовав, что достаточно силен, отправился походом на Пантикапей. Его быстрому продвижению способствовал ряд предательств, совершенных некоторыми боспорскими военачальниками, которые сдали без боя ряд важных стратегических пунктов. Путь на Пантикапей был открыт.
Динамия еще могла рассчитывать на неприступность пантикапейских стен и личную гвардию, но и здесь не обошлось без измены. В Пантикапее нашлись люди, не желавшие видеть Динамию своей царицей; они-то и открыли городские ворота Скрибонию. Древняя столица Боспора оказалась в руках алчного авантюриста.
Динамия, укрывшаяся в царском дворце, поняла, что ее положение безнадежно, и решила пойти на переговоры. Она послала к Скрибонию спросить, чего тот добивается. Когда посланник вернулся и доложил, что Скрибоний желает, женившись на ней, стать царем боспорским, Динамия громко рассмеялась. Но затем призадумалась и вновь отправила посланника сказать Скрибонию, что обсудит его предложение, а он пока пусть останется в городе и ничего не предпринимает во избежание кровопролития.