На двадцатый день правления Клавдия шестнадцатилетняя Мессалина родила ему наследника — Британника. Счастливый отец не раз выносил свое дитя на руках к народу, поднимал его над головой и вместе с толпой желал ребенку счастья.
Между тем Мессалина сочла, что пробил ее звездный час. Клавдий, долгие годы фактически отстраненный от государственных дел, так и не сумел полностью отдаться своему новому предназначению. По-прежнему он много времени уделял ученым занятиям. Настоящей его страстью была история. Клавдий написал в двух книгах историю Рима — от убийства Цезаря до установления гражданского мира, а более поздним событиям посвятил сорок одну книгу своей «Истории». Немало потрудился Клавдий над своей биографией, изложив ее в восьми книгах. Высокие отзывы получило его сочинение в защиту Цицерона. Плодом его филологических изысканий стало введение в латинский алфавит трех новых букв.
Много времени Клавдий отдавал судебным разбирательствам, причем своими действиями нередко шокировал присутствующих — одним из результатов этого и была та самая, оскорбительная, реплика какого-то грека.
Фактически страной и Клавдием правили Мессалина и клика могущественных императорских вольноотпущенников. Постоянно рядом с Ютвдием был Полибий, советник по ученым делам. Финансами управлял Пал-лант, сколотивший на этом деле огромное состояние. Важную роль играл и вольноотпущенник Каллист, о котором в одном из своих писем к Луцилию весьма едко отозвался философ Сенека, сообщивший, что наблюдал гнусную сцену, когда бывший хозяин этого всемогущего временщика, некогда продавший его в числе самых негодных рабов, униженно простояв много часов у порога дома Каллиста, так и не был допущен к нему. Но особым расположением Клавдия пользовался Нарцисс, советник императора по делам прошений, также обладавший колоссальными богатствами.
И Паллант, и Каллист, и Нарцисс стали любовниками Мессалины. Молодая супруга нового императора предалась безудержному разврату. Мало кто отказывался от ее непристойных предложений, слишком велика была ее роль на вершинах власти, ненависть же и ревность Мессалины были ужасны. Повод к ее гневу мог быть совершенно неожиданным, а расправа жестокой. В Риме долго помнили, как она поступила с Валерием Азиатиком, который дважды избирался консулом, отличился в походе в Британию, да к тому же был близким другом самого Клавдия.
Причиной для расправы послужили два обстоятельства. Во-первых, Азиатик был когда-то любовником неугодной Мессалине Поппеи Сабины (матери одной из будущих жен Нерона), а, во-вторых, супруга императора позарилась на роскошные сады Лукулла, принадлежавшие ему. По ее распоряжению Публий Суиллий и Сосибий оклеветали этого невинного человека, внушив Клавдию, что Азиатик готовит мятеж против него. Ничего не подозревавший Азиатик по приказу Клавдия был немедленно арестован и в цепях доставлен в Рим для разбирательства. Никакого суда не было — обвинителей и обвиняемого слушали лишь императорская чета и их приближенные. Защитительная речь Азиатика заставила разрыдаться даже Мессалину. Но тут же она потребовала его смерти, а к его бывшей любовнице послала своих людей, чтобы те заставили Поппею Сабину совершить самоубийство. Несчастная женщина наложила на себя руки, причем Клавдий даже ничего об этом не знал. Страх перед всевластием Мессалины был таков, что, когда затем император поинтересовался у Сципиона, мужа Поппеи Сабины, почему отсутствует уже несколько дней его супруга, тот ответил, что она скончалась. Азиатику же было предложено самому выбрать вид смерти. С необычайным хладнокровием гордый римлянин сам выбрал себе место для погребального костра в своих садах, позаботившись, чтобы огонь не повредил деревья, а затем вскрыл себе вены.