Салтыкова спросила офицера, не желает ли уставший путник испить горячего и душистого чая у нее в доме. С липой, душицей, со смородиновым и малиновым листом. Ответа долго ждать не пришлось. Бравый капитан принял приглашение помещицы почаевничать. Дарья Николаевна распорядилась разжечь самовар и подать к столу. Да и кушаний поболее. Ничего не жалеть для дорогого гостя.
И вот все подали к столу. Завязалась неторопливая и милая беседа между хозяйкой и гостем.
Где чай — там и вишневая настойка, а где настойка — там и штоф водки. Заледенелый, из погреба. Разомлел капитан от спиртного. Глядь — и хозяйка вроде сперва казавшаяся не такой симпатичной стала просто красавицей! Засиделся капитан допоздна, разговорились, и вроде какой-то интерес Тютчева к помещице появился. Визиты стали повторяться. Скука капитана развеялась. Военно-полевой роман начался. Спустя некоторое время Николая Андреевича и Дарью Николаевну стала объединять и общая постель. Салтыкова влюбилась в офицера без памяти. Но капитан не торопился связываться узами Гименея с помещицей. Скоро она ему наскучила и разонравилась. Дарья Николаевнв оказалась грубой, необразованной помещицей. Неслыханное дело грамотой она не владела, писать не умела, даже не могла расписаться под официальным документом. Отличалась крупным сложением и хорошей физической силой. Тютчев пока крутил амуры с Дарьей Николаевной пригляделся к одной соседке Салтыковой — девушке по имени Пелагея Панютина, (это был 1762 год) полюбил ее и решил на ней жениться. И женился.
Какова была реакция на это известие Салтыковой догадаться нетрудно. Она просто взбеленилась: надо же такой удар по женскому самолюбию! Ей предпочли другую! И в ее голове созрел коварный план чудовищной мести: она решила убить обоих. Причем взорвать их в особняке Панютиной, что находился за Пречистенскими воротами у Земляного Вала.
Сначала Салтыкова на роль подрывника определила своего конюха Романа Иванова. Она вызвала его, грозно сверкнула очами и тоном не требующим возражения приказала:
"Накупи-ка, голубчик, в главной конторе артиллерии и фортификации пять фунтов пороху да засим перемешай с серой и заверни в пеньку. И сей заряд подоткни под застреху Пелагее (застреха — нижний, нависающий край крыши у избы)! Чтоб оный ее жених, капитан Тютчев, и сия сучка Панютина в оном доме сгорели заживо. Да смотри не осрамись, мерзавец! Шкуру спущу, ежели что не так! Ступай, дубина, что стоишь?! Не взорвешь — самого взорву этой бомбою!"
Конюх испугался.
Хотя XVIII век являлся веком жестоким и грубым, сознание людей, тем более простых, не воспринимало такие масштабные террористические акты в центре самой Москвы. Если кого-то ножичком прикончить, дубиной зашибить или намять бока — это нормально. И вполне понятно. А вот так взять и взорвать особняк в центре Белокаменной — нет уж увольте! Пусть бьют батогами, пусть режут на куски, пусть в Сибирь ссылают, а на такое злодейство он, раб божий Роман Иванов, крепостной конюх и грешная душа никак не пойдет!
Нет и все! И точка!
Роман бросился в ноги к барыне и стал неистово умолять и причитать: мол, не может он быть душегубом, пусть она избавит его от такой повинности. Ведь сие грех, страшный грех! Салтычиха разъярилась и приказала выпороть конюха. Пообещала даже убить. Но поняв, что ее угрозы и наказания не действуют на обезумевшего от страха крестьянина и тот явно ни за какие сокровища мира не станет подкладывать бомбу Панютиной, она сменила тактику.
Она вызвала другого конюха — Сергея Леонтьева. Указала на Иванова и сказала чтобы они купили порох и селитру, изготовили бомбу и вместе отправились к дому Пелагеи. Мысль ясна: вдвоем не страшно идти на такое неслыханное дело.
Как не хотелось слугам быть душегубами, но им пришлось подчиниться. Они сделали, как им приказала хозяйка. Леонтьев купил порох, друзья по несчастью сделали самодельную бомбу. Но в последний момент горе-киллеры отказались от задуманного плана. Испугались. И не пошли взрывать особняк на Земляном Валу. За это ослушание Салтычиха приказала нещадно их бить батогами.
Итак, план покушения на неверного любовника закончился крахом, но настырная Салтыкова не унималась. Узнав, что молодожены собираются отбыть в Брянский уезд по большой Калужской дороге (а она проходила мимо ее усадьбы), коварная помещица решила устроить им засаду. Приказала своим людям вооружиться и ждать офицера с девицей. А когда те поедут то напасть на них и затем убить, а смерть их списать на простой разбой.