И вот еще секунда — и девичья голова скрылась под водой. Прошла минута — Варвара уже не всплывала. Жуткое представление закончилось.
"Утопла", — без сожаления сказала помещица. — "Туда ей и дорога. Возьмите голубчики багры пошарьте по дну, здесь не так глубоко, вытащите ее на лед. Далее в участок. Скажите покончила с собой прыгнула в прорубь".
Конюхи угодливо кивнули, взяли багры и пошарив минут десять достали утопленницу. Подогнали сани-труповозку. Сколько в ней перевозили трупов — не перечесть! Слуги не смогли распрямить окоченевшие конечности мертвой девушки и как мороженую тушу забросили в сани. Накрыли рогожей и повезли в полицию, чтобы зафиксировать смерть.
А Салтычиха придя в гостиную, велела посильнее разжечь камин: подмерзла немного, надо согреться. Ее взгляд снова упал на злополучный альбом. Причем он был открыт на том же самом месте, что и ранее. Там где были стихи Тютчева. Кровь моментально прилила к вискам. И сжало как в тисках. Барыня обхватила голову руками и застонала. И тут у нее от сильнейшего расстройства начались зрительные и слуховые галлюцинации. Припадок Дарьи Николаевны начался с изображения романтической сцены. Сначала ей пригрезился бывший возлюбленный Тютчев. В вицмундире, при шпаге, при орденах… Он вроде беседует с ней… Она счастлива. Она на балу в Таврическом дворце… Сотни лампад, тысячи свечей. Залитый светом огромный зал. Многочисленный оркестр. Объявляют полонез, она пока не танцует… Играет торжественная музыка…
Помещица, похоже, находится в сомнамбуле. У нее появляются мимические судороги: движение губ такие, будто она целуется с кем-то воображаемым. Она делает движение руками, словно пытается кого-то обнять. Она берет веер, кокетливо им машет, садится на стул и благодарит кого-то невидимого за предоставленный стул. Скоро должны объявить мазурку, и Дарья Николаевна уже ангажирована на танец бравым капитаном. Салтыкова в эйфории.
И тут вдруг появляется ее разлучница Панютина. В воздушном роскошном платье, с белым веером, в белых бальных туфельках и в белых длинных перчатках. И к ней подходит галантный Тютчев, улыбается, говорит комплименты, и парочка начинают кружиться в зажигательном танце…
Эмоции начинают бить как из вулкана. Концентрация выбросов с каждой секундой все увеличивается. Горячая лава нервного потрясения заливает возбужденный и бредовый мозг помещицы. И вот решающий эмоционально-нервный выброс! Самый мощный, самый сильный…
"Пелагея! Изыди сатана!" — в ужасе кричит Салтыкова и, потеряв сознание, валится на пол.
Вот так переживала потерю любимого Дарья Николаевна и вот так расплачивались за эти переживание ее слуги и служанки. А расплачивались своими невинными душами.
Салтычиха била не только девушек, но и даже девочек. Причем за малейшую провинность. Своих жертв морила голодом, заливала расплавленный воск в их уши, таскала их за волосы, выдирала клоки, поливала кипятком. Била всем, что подворачивалось под руку. Если полено — то поленом, если палкой — то палкой, кочерга — то кочергой. Заставляла конюхов сечь провинившихся на дворе кнутами плетьми, розгами, батогами. Прижигала лицо раскаленными щипцами. А Салтычиха наслаждаясь муками жертв кричала: "Бейте, бейте до смерти!" Помещица была кровожадной и безжалостной убийцей. Пытала своих жертв целыми сутками. Если она уставала издеваться над крепостными она приказывала другим слугам продолжать мучить людей. А сама присев в кресло любила наблюдать за кровавыми пытками.
Некоторых она отправляла на каторжные работы — и это были действительно счастливчики. Они хоть оставались живыми после забав маньячки.
Дарья Салтыкова точно являлась настоящей садисткой, раз совершала такие злодеяния.
Так в чем же причины садизма Салтычихи? И вообще в чем его природа? Допустим это можно объяснить тем, что человека в детстве юности мучили, издевались над ним, пытали, били, и он, повзрослев и заимев власть, стал в ответ мстить всему человечеству. Так же бить, пытать, истязать, насиловать и даже убивать… Ведь психологи говорят что люди склонные к садизму сами в детстве пережили насилие над собой или были свидетелями сцен где проявлялось оно.