Настал день, когда Белла "взялась" за своего супруга Петра Ганнеса. Он уже ей порядком надоел, да и то, что она хотела от него получить, она уже получила. Теперь "использованный материал" — Петр — должен был уничтожен или выброшен на помойку судьбы.
В декабре 1902 года, Белла предпринимает попытку раз и навсегда избавиться от опостылевшего мужа. Она уже действовала по хорошо отработанной схеме. Когда супруг пришел на обед, Белла незаметно подсыпала яд в куриный суп супругу и вынесла блюдо на стол. Но Петр видимо уже заподозрил что-то неладное, и не торопился есть первое. Его уже давно настораживало холодное отношение к нему супруги, странным становилось и ее поведение. Она ходила по аптекам, скупала какие-то бутыльки и порошки. На его законный вопрос, зачем ей все это надо, Белла неизменно отвечала, что лечиться от простуды. Потом ему до сих пор, а прошел почти год, не давала покоя странная смерть сына от неизвестной болезни. Да и достаточно ли он знает ее прошлое, досконально ли он ее изучил? Ведь он, околдованный ею чарами, быстро женился на ней, ничего толком о ней не зная. А внутри нее есть какая-то червоточина, что-то нехорошее, что-то плохое. Петр уже стал реально опасаться Беллы. И в последнее время у него в голове крутилась навязчивая мысль, что она его может отравить.
Видя, что Петр не притрагивается к супу, Белла недовольно выговорила ему:
"Что ты, милый мой супруг, не ешь суп, он такой вкусный, из свежей курочки, с картошечкой, с томатами. Я что ли зря старалась?.."
Ганнес сказал, что не будет есть суп, потому что он… отравлен. Белла сразу покраснела, разволновалась, и стала кричать на него. Дескать, он пропил все мозги, раз говорит такие вещи. Обвинять ее — бедную несчастную женщину — черт знает в чем? Тем более в покушении на убийство! Это слишком! Тогда Ганнес сделал ловкий ход: он притворился, будто он не сдержал эмоций в перебранке и выплеснул жидкость на пол. Мол, вот тебе твой суп! Ганнес пришла в ярость! Во-первых, от неслыханной выходки мужа, во-вторых, от того, что ее приготовления и деньги были брошены на ветер, а в-третьих, от того что ее план не удался. Но надо было знать Беллу Ганнес: она не терпела незавершенных дел. Раз муж должен был быть убит, значит, так и оно и будет. Недолго думая взбешенная провалом операции фурия схватила топор и нанесла сильный и стремительный удар по голове супруга…
Ганнес, не ожидавший такой прыти от жены, не успел среагировать на удар, и лезвия топора с хрустом вонзилось ему в череп. Кровь брызнула на стены. Петр с грохотом упал на пол, а с деревянной полки на него посыпалась посуда и еще больше усилила грохот. Белла поняла, что ее меткий удар оказался чересчур удачным: Петру нанесена была рана не совместимая с жизнью, кровь заливала его лицо, глаза его угасали с каждой секундой. Как и его жизнь. Белла и тут сориентировалась: выдержка у нее была поистине железная! Она быстро выдернула топор из головы супруга и отбросила его в сторону… Схватила тяжелую мясорубку, провела ею по фонтанирующей ране и бросила рядом с умирающим. И закричала как голосом трагической актрисы:
"Боже, помогите кто-нибудь! Мой муж умирает!.."
На нечеловеческий крик матери прибежала приемная дочь Дженни. Она увидела, что Петр прислонен к стене, у него проломлен череп, он весь в крови… Ганнес увидел Дженни и попытался что-то сказать.
"Она меня… " — Петр не успел договорить.
Его губы застыли, глаза закрылись, и голова склонилась к груди. Он был уже мертв.
"Слава богу!" — мысленно возликовала Белла, но принудила себя заплакать.
Бедный, бедный Петр! Он стал жертвой несчастного случая: с полки прямо ему на голову нечаянно упала мясорубка. Дженни должна в классе всем говорить, что папа погиб по неосторожности. Но Дженни потом видела топор со следами крови, и догадалась об истинных причинах смерти приемного отца. Она-то потом и проболталась многим одноклассникам о том, что ее мама убила папу топором. По городу поползли слухи о странной смерти Петра Ганнеса.
Делом занялся местный коронер. Коронер — это выборное судебное должностное лицо. Его обязанности — расследования по каждому смертному случаю, в том числе по случаям, где есть основание предполагать неестественную причину или насилие, а также по всем смертным случаям в тюрьмах. Расследование производится при участии двенадцати присяжных. Коронер может осматривать тела жертв, давать добро на вскрытие, в случае надобности назначать медицинскую экспертизу. Он также может допрашивать свидетелей. Он анализирует все полученные данные и приглашает присяжных постановить решение о причине и обстоятельствах смерти. Если присяжные высказывают решение о предполагаемой виновности кого-либо, то коронер может отдать приказ о немедленном аресте этого лица. Решение присяжных при расследовании коронера де юре равносильно обвинительному акту, и дело может быть передано суду малого жюри без дальнейшего производства следствия перед большим жюри.