Он улыбается.
— Иди.
Его ладонь лежит на ее спине, у поясницы, другой рукой, кончиками пальцев, он осторожно гладит ее плечо.
Надо.
Собравшись с духом, Аурора резко отступает в сторону. И еще шаг.
Он отпускает.
Улыбается, страшно довольный. Потому, что она не уходит все равно. И Аурора тихо ненавидит его и себя за это.
Что в нем такого?
Всегда казалось, что Юн ей нравится больше. Еще бы! Он такой красавец, с ума сойти! Юн выше на голову, и на два года старше, он выглядит уже мужчиной… А Сигваль совсем мальчишка, у него даже борода толком не растет.
Они оба бегают за ней уже месяц, что только ни делают. Она даже знает, что у них на нее пари, но сейчас все равно. Ей даже немного льстит такое внимание, если уж быть честной. Дочь небогатого рыцаря, даже без своей земли — на что она могла рассчитывать? Юн — младший сын герцога, Сигваль — наследный принц.
Вчера они дрались из-за нее.
Нет, они вечно дерутся…
Но теперь на Сигваля страшно смотреть. Шрам на лице, скорее всего, останется на всю жизнь. Даже швы наложили. Лицо с левой стороны припухло, глаз красный. Да что там, еще немного бы, и он бы остался совсем без глаза. Его отец устроил страшный скандал, едва ли не повесить Юна пытался, но Сигваль каким-то образом смог настоять, что виноват сам.
Хотя виноват Юн, а Сигваль защищал ее. Как бы безумно это не звучало.
Вчера, отчаявшись победить в споре, Юн пытался взять ее силой. Она вырвалась и убежала. Сигваль нашел ее рыдающей под кустом. И пошел разбираться.
А сегодня хочет получить приз сам?
Но он…
Она сама хочет. Она пришла к нему. Благодарить, что вступился за нее. Она хотела просто сказать это, самое больше, поцеловать на прощание… она выходит замуж.
Он улыбается.
— Ты не уходишь?
— Ухожу, — говорит она.
Он улыбается шире.
— Я вижу. Но, может быть, пока еще не совсем ушла, ты поцелуешь меня? Последний раз?
Сигваль не двигается. Нет, остается на месте, но каким-то образом она снова в его руках. Он обнимает ее… Это она сама вернулась?
— На тебя даже смотреть страшно, — тихо говорит она. — Не могу… Шрам ведь так и останется?
Юн бы обиделся. Если сказать такое Юну, что он некрасив, что с опухшим порезанным лицом он просто страшен — он бы обиделся.
— Не смотри, — шепотом говорит Сигваль. — Закрой глаза. Вот так…
И целует ее в уголок закрытого глаза, нежно гладит по спине.
От него пахнет одуванчиками. Сладким медом. Это она сплела ему венок — золотой, как корону.
Дело совсем не в красоте.
Рядом с Юном она всегда чувствует, как он старается завоевать ее. Да что уж, как старательно пытается затащить ее в постель. Старается ей понравиться, прямо из кожи вон лезет. Он хочет победить. Ему нужна победа, а не она сама. Нет, рядом с ним чудесно, но все же…
Сигваль никогда не пытался понравиться ей. По крайней мере, как-то заметно. Он просто оказывался рядом в нужный момент. И с ним легко. Можно тоже не стараться понравиться в ответ, расслабиться, быть просто собой, а не благородной сияющей леди… Рядом с ним Аурора чувствует, что интересна ему просто так, сама по себе… Возможно, это иллюзия, его хитрый план, но… Что ему хорошо рядом с ней. Это не любовь, но… просто легко и приятно, им обоим.
От его поцелуев перехватывает дыхание и кружится голова.
И она сама обнимает его, прижимается к нему. Это сильнее ее.
Она чувствует себя прекрасной и желанной рядом с ним, несмотря ни на какие пари. И не важно, что он принц, а она совсем не принцесса.
— Я выхожу замуж, — тихо говорит она.
— Я знаю, — говорит Сигваль.
И как-то очень легко подхватывает ее на руки. Она обнимает его за шею, обхватывает его ногами… Это выходит так естественно.
Своего будущего мужа она видела только раз. Он почти вдвое старше ее, шестнадцатилетней… Он взрослый мужчина, рыцарь, недавно вернувшийся из дальних стран. И он, скорее всего, знает про эту игру на троих, весь двор уже знает.
Сигваль несет ее и сажает на мраморный постамент статуи, совсем рядом. Очень удобный постамент, как раз нужной высоты, и такой укромный тихий уголок сада. Хочется даже спросить — не заранее ли он спланировал это? Привел ее сюда… Почти смешно. Вот же расчетливая свинья!
И как-то неуловимо руки Сигваля оказываются под платьем, на ее ногах, поднимаются выше… он гладит ее колени, потом бедра… такие теплые пальцы… немного жесткие… это сводит с ума.
Он целует ее.
— Ты подрался с Юном, а теперь хочешь сделать это сам? — пытается Аурора. Голова идет кругом и колотится сердце.