— Что-то не так? — говорит она.
— Сегодня вечером мы будем дома, — говорит он, словно сожалея. — И будь осторожна, Лив. Постарайся избегать разговоров с незнакомыми людьми, не ходи никуда и ни с кем без охраны, не принимай угощения из чужих рук…
Он уже говорил это. И снова. Как себя вести, что делать и чего не делать. Долго, подробно, словно она едет не в королевский замок, который должен стать ей домом, а в логово разъяренных скорпионов. Она и сама принцесса, конечно. Понимает. Но…
Беспечность нескольких дней пути исчезает без следа.
Вдруг становится жаль. Ехать бы и ехать, много-много дней подряд.
— Я люблю тебя, Лив, — шепотом говорит он, зарывшись носом в ее волосы. — Что бы ни случилось, я люблю тебя. Просто верь мне.
Когда башни замка появляются вдали, он привычно кивает Юну: «присмотри за ней». И сам немного отъезжает вперед.
Где-то там, на башнях, трубит рог, возвещая о возвращении принца.
Сигваль оборачивается, бросает на нее короткий взгляд. «Верь мне».
Еще, он сказал, зашнуровывая ей платье: «Там, в замке, не нужно, чтобы нас видели вместе. Не нужно, чтобы думали, что ты хоть как-то дорога мне. Что больше, чем просто заложница. Иначе это может поставить тебя под удар».
Его пальцы быстрые и умелые.
Он зашнуровал, все поправил… Обнял, притянув ее к себе.
Верь мне.
Словно перед прыжком в пропасть.
Их встречают. Сигваля встречают.
Солдаты — радостными криками. Придворные — напряженными лицами, изредка вежливыми улыбками, иногда натянутыми, иногда вполне честными. Королева на крыльце — красивая молодая женщина в роскошном платье. Она глядит чуть снисходительно и чуть свысока, чуть презрительно. И даже больше презрения удостаивается не Сигваль, а сама Оливия. Любовница? Так может смотреть только отвергнутая женщина.
Высокий юноша рядом с ней — Хальдор? Семейное сходство заметно, но Хальдор в золоте и кружевах, утонченный, ухоженный, завиты и уложены локоны — он настоящий принц. Сигваль в старой, запыленной кожаной куртке, старых сапогах, солдат, наемник, ему плевать, похож он на принца или нет. Сигваля выдает только осанка и взгляд. Да, один взгляд, и сразу ясно — он король.
А вот сам король Северин встречать не вышел. Это ниже его достоинства?
Зато дети…
— Сиг! Сиг вернулся!
Они бросаются к нему. Мальчик лет шести и две совсем крошечные девочки. С радостным визгом.
Сигваль спрыгивает с лошади, как раз успевая мальчика поймать. Обнимает, прямо сходу подкидывает над головой, высоко-высоко. Довольно охает: «Ну и тяжел же ты стал!» Бранд. Мальчик радостно смеется, Сигваль переворачивает его через голову и ставит на землю, треплет волосы. Потом как раз успевает присесть, и девочки налетают на него, обнимают за шею, дергают за волосы, за уши, виснут на нем, что-то наперебой пытаются ему сказать. «Тише, тише, — смеется он. — Задушите!» Потом подхватывает девочек на руки, обеих сразу.
Несет к лестнице.
Там, у дверей, его ждет еще одна. Чуть настороженно. Девочка, уже довольно взрослая, но еще по-детски угловатая. Ньяль? Смотрит с завистью. Она слишком серьезная, чтобы кидаться брату на шею? Или тут другое? Сигваль что-то говорит ей.
К Оливии больше не оборачивается, словно ее и нет вовсе.
Только Юн. Подходит, помогает слезть с лошади.
— Ваш новый дом, принцесса, — говорит он. — Показать здесь все? Идемте.
— Ваша комната, — Юн открывает перед ней дверь. — А у Сигваля — следующая. Заходите.
У самого Юна — вон там, за углом, совсем рядом, и, если что-то нужно, Оливия может звать его в любое время, но вообще-то, он не собирается далеко отходить. На самом деле, он всегда жил в другом крыле, но теперь его переселили поближе. Это дома за ней присматривала благообразная старушка Нанна, нянька, вырастившая ее, заботящаяся, чтобы принцесса не простудилась, не промочила ноги, не наделала глупостей. А тут, в качестве няньки, ей достался такой вот здоровый мужик.
Просторная светлая спальня.
И дверь за портьерой. Не то, чтобы тайная, но не очень приметная дверь, в спальню Сигваля. Не заперта, можно свободно входить. Никто не мешает ей. Массивный стол у окна, полки с книгами.
— Заходите, не стесняйтесь, ваше высочество, — щедро предлагает Юн.
Не сейчас. Пока войти Оливия не решается, только постоять на пороге, посмотреть. Успеет еще.
Сигваля нет, первым делом он отравился поприветствовать отца.
Ее тоже представят королю, но позже, завтра, скорее всего. Можно отдохнуть. Можно попросить горячую ванну, переодеться. Сейчас ей что-нибудь подберут. А если останутся силы, Юн потом покажет замок.