Его волнение. То, как он смотрит на нее.
— Лив, я… Не помешал? Мне нужно с тобой поговорить, — Юн заходит, осторожно прикрывая за собой дверь. Смотрит на Оливию, чуть закусив нижнюю губу, так сосредоточенно вытянувшись.
Вдруг колотится сердце.
— Что-то случилось? — осторожно спрашивает она.
Он качает головой — нет.
Случилось. Он может отрицать, но…
В чем дело — Оливия не может понять. Что такое?
На сердце вдруг скребут кошки. Из-за нее? Она в чем-то виновата? Он так смотрит…
В последний месяц Юн постоянно рядом, она проводит с ним больше времени, чем с кем-то другим… чем с Сигвалем… Юн… Она так привыкла, что видит в нем едва ли не брата.
Нет, не брата…
— Леннарт… — Юн начинает и запинается. — Лив, я… Я давно хотел этого… — он запинается снова, никак не может подобрать слова. — Не смерти Леннарта, конечно. Эту землю. Сиг отдал Леннарту… но сейчас… Я… Сигвалю нужен человек, который может справиться и удержать Кероль, не позволить отобрать его снова. И он… предложил мне.
Юн говорит так, словно это что-то ужасное.
— Титул герцога?
— Да, — он болезненно морщится. — Но я должен буду остаться здесь. Замку нужен хозяин. Если оставить его без должного присмотра, то вернутся люди Хеймонда.
Юн пришел прощаться, вот в чем дело.
Жаль расставаться, Оливия так привыкла… Ей будет не хватать его песен и его болтовни.
— Я рада за тебя, — она пытается улыбнуться. — Это большая честь и большая ответственность. Ты заслужил это.
Он не рад.
Сжав губы, Юн с шумом втягивает воздух, словно решаясь на что-то…
И шаг вперед.
— Лив… — говорит тихо и хрипло, так странно. — Я не могу.
— Что?
В это сложно поверить. Нет?
— Лив, я не могу остаться.
Он стоит так близко, что Оливия почти чувствует его дыхание. В его глазах, ослепительно-голубых, мечется настоящая буря. Отчаянье. И никакого выхода.
— Почему? — тихо спрашивает она. Голос не слушается. Она внезапно боится услышать ответ.
Он молчит.
Он так смотрит на нее…
Из-за Сигваля? Остаться сейчас, значит — бросить Сигваля в трудную минуту. Они почти братья, больше чем братья. Сейчас Сигваль пойдет на Таллев…
Нет.
Юн не может…
Если бы все было так просто, Юн не пришел бы к ней.
Нет.
До дрожи.
Она не хочет слышать. Хочет наорать и выгнать его отсюда. Зачем это ей? Она уже понимает, но не хочет слышать. Пока не произнесено вслух — это не имеет никакого значения. Но если… Пути назад не будет.
— Лив… — Юн облизывает губы, и все же решается. — Лив, я люблю тебя!
Горячо и почти торжественно.
И отчаянно колотится сердце.
Он стоит совсем близко.
Оливия теряется.
— Ты удивительная женщина, Лив. Красивая, умная, храбрая… Я не смогу жить без тебя.
Искренне. Это не заигрывание с ней, он говорит честно. Вот сейчас…
Юн выше едва ли не на голову, Оливия смотрит снизу вверх, заглядывая в его глаза… полные мольбы и надежды. Немного страшно. Ноет сердце.
И страшно обидеть его.
Он ждет.
Нет.
— Нет… — спрашивает она тихо. — Зачем ты говоришь это?
Ком встает в горле. Потому, что Юн… Ей ведь тоже не все равно. Но не так. Юн давно стал родным человеком, она так привязалась. Он всегда рядом, всегда защищал ее. Он так многое сделал… Но что ей делать сейчас?
Юн качает головой.
— Я не знаю зачем, — честно говорит он, почти растерянно, — но… я не могу не сказать этого. Должен сказать. Я люблю тебя. Я даже не знаю, как это вышло… Привязался. Не могу без тебя, Лив. Просто не могу. И если придется выбирать, то я скорее откажусь от титула, чем навсегда потеряю тебя. Я готов от всего отказаться. Моя жизнь без тебя станет пустой, Лив. Я…
От всего сердца.
— Хватит! — она не может слушать, сердце разрывается. — Не надо, Юн, пожалуйста. Что ты хочешь услышать от меня? Что я тоже люблю тебя? Зачем?
Что-то вспыхивает в его глазах.
Он понял неправильно? Что она… нет, она не то хотела сказать…
Он чуть наклоняется, словно собираясь ее поцеловать. Или собираясь? Оливия ладонями упирается в его грудь. Не надо.
И не стоит ничем жертвовать! Нет.
— Я хочу знать, могу ли я на что-то надеяться? — говорит Юн, его губы совсем близко, и его глаза. — Пусть не сейчас… потом… я… Лив, я готов ждать, сколько потребуется. Но разве, отказываясь от всего, я не имею права знать, что ты чувствуешь?
— Не имеешь, — голос Сигваля заставляет вздрогнуть. Подбрасывает.
Сигваль стоит на пороге. С каменным, равнодушным лицом.