Фридрих Энгельс в своей классической работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства»{608} утверждал, что неравенство полов в том виде, в каком мы его знаем сегодня, не существовало до появления частной собственности. На ранних этапах человеческой истории разделение труда по признаку пола в системе экономического производства было второстепенным по сравнению с иерархическим. В обществах, где мужчины занимались охотой на диких животных, а женщины в свою очередь — собиранием диких овощей и фруктов, оба пола решали хозяйственные задачи, в равной степени важные для выживания их общин. Так как община на этих этапах была в значительной степени разросшейся семьей, центральная роль женщин в домашних делах означала, что их соответственно ценили и уважали как производительных членов общины.
В том, что домашняя работа женщин играет главную роль в докапиталистических формациях, я наглядно убедилась во время путешествия в 1973 году по прериям Масаи. На заброшенной грязной дороге Танзании я заметила шестерых женщин–масаи, которые, загадочным образом сохраняя равновесие, несли на головах огромную доску. Как объяснили мои танзанийские друзья, эти женщины, возможно, переносили крышу дома в новую деревню, которую они строили. Я выяснила, что женщины у масаи занимаются всеми домашними делами, в том числе и строительством своих часто перемещаемых кочевых жилищ, а не только приготовлением пищи, уборкой, воспитанием детей, шитьем и т. д. Столь же необходимая, как обязанности мужчин по выращиванию скота, женская работа по дому не менее производительна и важна, чем вклад мужчин–масаи в докапиталистическое, кочевое хозяйство. Поэтому как производители женщины занимают важное положение в обществе. В развитых капиталистических обществах, напротив, ориентированный на обслуживание домашний труд домохозяек, которым редко удается добиться ощутимых результатов своего труда, принижает общественный статус женщины в целом. В соответствии с буржуазной идеологией, если называть вещи своими именами, домохозяйка — попросту пожизненная служанка своего мужа.
Происхождение буржуазного представления о женщине как вечной служанке мужчины само по себе показательно. В относительно короткой истории Соединенных Штатов «домохозяйка» как сформировавшийся исторический феномен существует чуть больше века. Работа по дому в колониальный период полностью отличалась от рутины повседневных дел сегодняшней домохозяйки в Соединенных Штатах. Уже упоминавшаяся Вертхеймер пишет: «Работа женщины начиналась с восхода солнца и продолжалась при свете камина, пока от усталости не слипались глаза. На протяжении двух столетий почти все, что ела и чем пользовалась семья, производилось дома с ее ведома. Она пряла и красила пряжу, из которой ткала полотно, кроила и шила одежду. Она выращивала большую часть продуктов, которые ела ее семья, и припасала их в количестве, достаточном на зимние месяцы. Она делала масло, сыр, хлеб, варила мыло и вязала чулки на всю семью» {609}.
В аграрной экономике доиндустриальной Северной Америки женщина, исполнявшая свои домашние дела, была, таким образом, прядильщицей и вязальщицей, швеей и пекарем, взбивала масло, выделывала свечи и варила мыло. И так далее, и так далее, и так далее. По сути дела, «…гнет домашнего производства оставлял очень мало времени для забот, которые сегодня мы считаем домашними. Судя по всему, женщины в эпоху до промышленной революции были замарашками–домработницами по сегодняшним меркам. Вместо ежедневной или еженедельной уборки была весенняя уборка. Пища была проста и однообразна, наряды менялись редко, в семьях мылись не часто — раз в месяц или, как в некоторых семьях, раз в три месяца. И так как для каждого мытья требовалось принести и нагреть много ведер воды, это, конечно, не внушало энтузиазма любителям умывания»{610}.
Женщины в колониальную эру были не «уборщицами» или «домработницами», а скорее полностью приспособленными и опытными рабочими экономики, основанной на домашнем хозяйстве. Они не только производили подавляющую часть продуктов, необходимую для семьи, но и заботились о ее здоровье и здоровье членов общин.
Вертхеймер писала: «Сбор и сушка диких трав для приготовления лекарств входили в колониальное время в круг обязанностей женщины, которая выступала также в качестве врача, сиделки и акушерки как в своей семье, так и в общине»{611}.
В «Американскую книгу практических советов», популярную книгу рецептов колониального периода, были включены рецепты по приготовлению пищи, а также по бытовой химии и медицине. Например, для того чтобы вылечиться от стригущего лишая, нужно было «раздобыть немного куркумового корня… нарезать его кусочками, залить уксусом и затем протереть пораженное место этой жидкостью»{612}. Экономическая значимость обязанностей женщин по дому в колониальной Америке дополнялась их видной ролью в экономической деятельности вне дома. Было вполне обычным, когда, например, женщина становилась содержательницей таверны.