Подавляющее большинство женщин, участвовавших в форуме за предоставление избирательных прав женщинам, входило в Национальную ассоциацию цветных женщин. В их выступлениях было на удивление мало привычных аргументов белых суфражисток о том, что право на голосование обусловливалось «особой природой» женщин, их приверженностью домашнему очагу и внутренне присущими им высокими моральными качествами. Диссонансом прозвучала лишь речь Нэнни X. Бэрроуз — просветительницы и религиозной деятельницы. Выдвинув тезис о моральном превосходстве женщин, она зашла так далеко, что довела его до утверждения об абсолютном превосходстве черных женщин над мужчинами своей расы. Бэрроуз доказывала, что женщины нуждаются в праве голоса, поскольку мужчины их расы «променяли и продали» это ценное оружие. Она говорила: «Женщинам–негритянкам …необходимо избирательное право, чтобы, мудро им пользуясь, вернуть то, что потеряли негритянские мужчины, используя его неправильно. Оно им необходимо, чтобы освободить свой народ… Сравнение мужчин и женщин с точки зрения их морали совершенно недопустимо. Женщина выполняет все предписания церкви, занимается обучением детей и еще тысячью дел, совершенно неадекватных ее материальному положению в семье» {405}.
Из примерно дюжины женщин — участниц симпозиума только Н. Бэрроуз заняла позицию, основанную на ложной посылке о моральном превосходстве женщин (подразумевающей, конечно, что они признавали превосходство мужчин в большинстве других отношений). Мэри Чэрч Тэррел выступила с речью «Избирательное право женщин и пятнадцатая поправка», Анна Джонс — с речью «Избирательное право женщин и социальные реформы», а Жозефина Сен—Пьер Раффин поделилась своим опытом участия в кампании за предоставление избирательных прав женщинам. Другие обсуждали положение женщин–работниц, проблемы образования, детский вопрос и работу клубов. В заключение своего выступления «Женщины и цветные женщины» Мэри Тэлберт подытожила то общее восхищение черными женщинами, которое прозвучало в ходе симпозиума. «Особое положение цветных женщин, — отмечала она, — дало им непредвзятость наблюдений и ясность суждений — именно те качества, которые сегодня особенно необходимы для создания идеальной страны»{406}.
Черные женщины страстно желали применить свою способность к «непредвзятым наблюдениям и ясным суждениям» для создания многорасового движения за политические права женщин. Однако на каждом шагу их предавали и с презрением отвергали лидеры лилейно–белого движения суфражисток. Как для суфражисток, так и для организаторов женского клубного движения черные женщины стали лишь ненужным балластом, когда дело дошло до того, чтобы умаслить южан и получить их поддержку. Они были готовы исключить черных женщин из этого движения. Что касается кампании за предоставление женщинам избирательного права, то оказалось, что все уступки, сделанные южанкам, в конце концов практически ничего не дали. Когда были подсчитаны голоса, поданные за 19‑ю поправку, выяснилось, что южные штаты по–прежнему принадлежали к лагерю оппозиции и фактически чуть не провалили принятие поправки.
После долгожданной победы суфражисток черным женщинам на Юге яростно препятствовали в осуществлении только что полученного ими избирательного права. Взрыв насилия ку–клукс–клана в округе Орэндж, штат Флорида, принес увечья и смерть многим черным женщинам и их детям. В других городах им не давали осуществлять свое новое право более мирными средствами. В Америкусе, штат Джорджия, как отмечает Г. Аптекер, когда «…более 250 цветных женщин пришли на избирательные участки голосовать, перед ними закрывали дверь или отказывались принимать у них избирательные бюллетени…»{407}.
В рядах движения, которое столь яростно боролось за избирательные права женщин, практически не раздалось и голоса протеста.
Глава 10. Женщины-коммунистки
В 1848 году, когда Карл Маркс и Фридрих Энгельс опубликовали «Коммунистический манифест», Европа была ареной бесчисленных революционных восстаний. Один из участников революции 1848 года, ученик и соратник К. Маркса и Ф. Энгельса, Иосиф Вейдемейер, иммигрировал в Соединенные Штаты и основал первую в истории страны марксистскую организацию{408}. В 1852 году Вейдемейер создал Пролетарскую лигу, но никаких следов участия женщин в ее работе не сохранилось. Возможно, женщины и участвовали в работе организации, но их имена остались неизвестны. В течение последующих нескольких десятилетий женщины продолжали принимать активное участие в жизни своих рабочих союзов, в антирабовладельческом движении и в развертывавшейся кампании за собственные права. В рядах марксистского социалистического движения их, по всей видимости, не было. В Национальной ассоциации рабочих и Клубе коммунистов главными также были мужчины. Даже Социалистическая рабочая партия состояла преимущественно из мужчин{409}.