Лиза это заметила:
– Что-то не так? – спросила она обеспокоено.
– Не знаю, – ответил мужчина ватным языком.
Он попытался проморгаться, потереть шею, но легче ему не становилось. Картинка перед глазами вдруг поплыла, а голова стала тяжелой.
– Что в чае? – спросил он из последних сил.
– Обычный чай. Тебе плохо? Мне вызвать скорую?
– Сука.
Это последнее, что он успел сказать, прежде чем упасть лицом в стол.
Лиза довольно улыбнулась, глядя на мужчину, и потрепала его волосы. Он показался ей таким милым, потерявшим сознание.
Действовать нужно было быстро, пусть он и выпил половину кружки, но она понимала, что с его весом, он может быстро вернуться в сознание.
Она вскочила с табуретки и скинула его на пол. Тяжёлым грузом он упал на деревянную поверхность, и Лиза в очередной раз обрадовалась, что под ней никто не живёт.
Резким движением она сорвала с пальцев накладные ногти, под которыми скрывались коротко подстриженные ноготки. Волосы она убрала в хвост, и, схватив мужчину за руки, потащила его в комнату. Он не был первым и не будет последним, поэтому у неё был силы тащить мужчину любого веса.
Он не видел эту комнату, не видел, что скрывается за дверью. Но именно здесь была та цивилизация, о которой он говорил. Белый линолеум позволял не пропустить ни одной капли крови, как и белые кафельные стены. Все, что было в комнате: железная кровать и тяжёлый медицинский белый шкаф, закрывающий собой окно.
Словно он кукла, набитая соломой, она бросила его на кровать и прошла к шкафу. Ей нужны были три веревки, и она достала их. Уложив Дмитрия на спину, она ещё раз потрепала его по волосам. Они были каштановые, густые и жесткие.
Завязывая все на морской узел, она распяла его на кровати. Руки к металлическому подголовнику, ноги, связав вместе, к другой части кровати.
Быстро и ловко она проверила его карманы и нашла много интересного, помимо сигарет и зажигалки.
Стоило ей отойти от кровати, он открыл глаза. Это было очень неожиданно, но Лиза привыкла к подобному пробуждению своих гостей.
– Доброе утро, – проурчала она.
– Утро? – он попытался шевельнуться, но веревки не позволили ему это сделать. – Какого? Сука, развяжи меня.
– Да ладно!? Разве тебе не нравится? Ты же сам хотел этого.
– Чего я хотел? Мы же просто пили чай! – он был вне себя.
– Да ладно, Димочка, разве ты не думал о том, как классно было бы забраться ко мне под юбку? – девушка усмехнулась.
– Блять, ты уже накаляешь! – он вновь дернулся. – У меня не было таких мыслей, я лишь помог тебе попасть домой!
– Да, помог, – Лиза продолжала улыбаться, – а за любую помощь нужно платить.
– Это был просто чай, – ответил он.
– Это никогда не просто чай, мой дорогой.
– И что же ты теперь будешь делать со мной? – спросил он.
Но Лиза ничего не ответила, изучая свои находки в карманах мужчины. Пачка серого Winston, зажигалка от «Пятёрочки», сотовый номер, написанный на скорую руку на листочке, заблокированный отпечатком пальца телефон и обручальное кольцо.
– Ты же женат, Димочка? – спросила она, показывая ему кольцо. – Нашла в нагрудном кармане.
– Я в разводе, – ответил он сухо.
– О, милый, я не советую тебе врать, – ответила Лиза, широко улыбнувшись.
Угольки в её карих глазах превратились в два костра, горящих диким пламенем. Она смотрела на него, не скрывая своего сумасшествия.
– Хочешь знать реальную историю пятен в ванной? – она крутила кольцо в пальцах. – Всё настолько банально. Видишь ли, я очень хотела эту квартиру. Прям очень. Поэтому я дружила со своей бабушкой и во всем ей потакала, а потом, когда у неё диагностировали рак, я была так рада. Нужно было просто поухаживать за ней, пока она сходит с ума и умирает. Перед тем, как окончательно сойти с ума, она всё же написала завещание. Но к моей большой неудаче рак отступил, врачи сказали, что началась ремиссия, и она может продолжать жить дальше, всё хорошо. Вот только с ума-то она уже сошла, и квартира всё ещё её. Я всё надеялась, что она умрёт от инфаркта или инсульта, ведь как шутят онкологи: все умирают от рака, просто не все до него доживают. В один прекрасный день я мыла её, она что-то лепетала о том, что сосед дрочит на неё и видит её даже через стену. А я так разозлилась, что эта старая сука всё ещё жива и портит мне жизнь! Ты бы знал, как я была зла! Настал момент взять всё в свои руки. Я могла бы утопить её, но я хотела крови! Я хотела расплаты! Я хотела, чтобы она почувствовала, как мне обидно, что она ещё не сдохла! Я взяла её за волосы, в то время, когда она что-то говорила о том, что у меня намокла футболка, и ударила её об край ванны. И ещё! Ещё! Ещё! – она кричала. – Снова и снова, пока её голова не превратилась в кашу, а кровь не ударила мне в лицо. Я ненавидела её, эту старую вонючую пизду! Я не могла больше терпеть её! Квартира должна была быть моей!