- Продолжай!
- Но сейчас я не могу!
- Не сдавайся!
- Правильно! Ты ведь сдался!
Молчание.
- Мне кажется, что мне от тебя кроме денег на лечение больше ничего и не нужно!
Молчание.
- Почему ты молчишь?
- А что будет, если…
Она снова дала ему пощечину. За то, что произнес то, чего она так боялась услышать. Он действительно сдался.
Женщина 13
Из автобуса высыпала толпа детишек. Класс седьмой, восьмой, не больше. Веселой гурьбой они ринулись через дорогу, направляясь к школе. Они бежали все вместе, за исключением одной невзрачной худенькой девочки. Её тоненькая курточка не соответствовала погодным условиям. Близился ноябрь, ребята уже вовсю надевали зимние плотные куртки, шарфы и шапки. А она шла в легкой ветровке. Один карман был разорван, и дыру эту она тщетно пыталась скрыть потёртым рюкзаком, переброшенным через правое плечо.
- Смотри по сторонам, **ка! – крикнул кто-то из мальчишек, обращаясь к девочке. Она повернулась к кричавшему, и в лицо ей брызнула мыльная вода. Какая-то дурацкая привычка, мода что ли, пошла у детей, которые брали с собой флаконы от жидкой карамели, используя его как способ облить и поиздеваться над неугодными им сверстниками.
- Что ты делаешь! – обратился к хулигану второй мальчишка. – Ей ведь может быть неприятно!
Казалось бы, он вступился за девочку, попытался защитить. И когда та повернулась к своему «спасителю», тот наотмашь ударил её какой-то грязной тряпкой, которую они нашли в салоне автобусе.
- Вытрись!
Толпу сотряс взрыв хохота. Девочка попыталась было сигануть в сторону, подальше от своих «товарищей», но её взяли в плотное кольцо. На расправу вели, не иначе.
- Что я вам сделала? Отстаньте! – кричала она, обращаясь к ребятам, но те лишь гоготали, подставляли подножки и всячески обзывались.
А ведь она ни в чем не виновата. Не виновата в том, что дети её не принимают, потому что у неё нет ни телефона, ни нормальной одежды. Не виновата, что защитить её некому. Не виновата, что она всегда в классе во всём виновата.
Они подходили к зданию школы. Дети начали постепенно расходиться, выпуская из оцепления свою жертву. Не хватало, чтобы кто-то из учителей увидел, что с ней кто-то общается в неподобающем тоне. И вообще, обращают на неё внимание. Пусть ходит себе, существует.
В гардеробе ей никто не уступал, а толкали и щипали со всех сторон. В один момент она чуть было не влетела в стену, но встретилась с несколькими старшеклассниками, обсуждающими какие-то свои дела. Они, естественно, отшатнулись, оттолкнули девочку, высказав всё, что они думают и о внешнем виде, и о поведении. Она ведь снова виновата!
На уроках девочка сидела одна. Никто не хотел с ней сидеть. Не помогало давление классного руководителя, постоянные встречи с социальными педагогами и психологами. Дети согласно кивали, искренне веря, что она такая же, как и остальные. Но как только закрывались двери, в неё летели бумажки и оскорбления. Однажды даже поменяли её стул на мусорное ведро. Та плакала, размазывая слёзы по грязным щекам, но ничего поделать с издёвками сверстников не удавалось. К родителям, вернее, к родителю, матери, обращаться за поддержкой не было смысла. Хорошо, если та вообще вспоминала, что у неё есть дочь и её надо кормить и одевать. Зачастую эту роль выполняла бабушка. Правда, сейчас она серьёзно заболела, и уже ей нужен был уход. Девочка старалась проводить с бабушкой максимальное количество времени. Она не говорила о тех обидных словах, что слышала в свой адрес, в адрес своей семьи. Она старалась улыбаться и поддерживать такого родного ей человека. Никто не знает, сколько ещё возможностей у них будет поговорить. Может быть, завтра станет последней встречей.
Каждый перерыв, каждые десятиминутные интервалы между уроками, девочка срывалась со своими вещами в детское крыло. Закрывалась в туалете, в самой дальней кабинке, но на разных этажах, чтобы не смогли выследить, чтобы не смогли её трогать. Там она повторяла домашнее задание, писала и рисовала. На тех обрывках пожелтевших тетрадей, что она находила в шкафах дома, сложно было сдавать выполняемые упражнения. Вернее, учителя такие принадлежности не принимали. Одна даже при всём классе двумя пальчиками взяла работу девочки, брезгливо сморщилась, и бросила обратно хозяйке. На адекватные отметки рассчитывать не приходилось.