Девочка кивнула. Спорить не было смысла, да и смелости у неё никогда не было. Отчим ростом под два метра, а весом явно за сотню. Она видела, как однажды он буквально вытряс душу из посмевшего ему дерзить мужика. Они стояли в очереди, и тот сделал замечание. За магазином отчим наглядно продемонстрировал, куда эти самые замечания можно направлять, и какое ему до них дело.
- Я пойду?
Но её вопрос остался без ответа. Отчим снова наполнил рюмку.
Проходя мимо спальни матери, она услышала какой-то шум. Обрывки фраз… Два голоса… Мужской и матери… Дверь была плотно прикрыта, а значит, она не имела права даже постучаться. У взрослых свои дела. Правда, почему эти дела мать решает не с отчимом, а с кем-то ещё.
Девочка пожалела, что не поехала к бабушке. Правда, пришлось бы утром возвращаться за учебниками. Но это не самое страшное в её ситуации. Она включила свет в своей комнате, взглянула на унылое зрелище, что открылось её глазам. Лампочка под потолком, без какого-либо плафона, без какого-либо намёка на светильник, небольшой комод, в котором уже давно не задвигались нормально полки, диванчик с ямой посередине. Она вздохнула, подошла к подобию стола, что ютился у окна, завешенного подобием занавески. Отметки могут быть самые низкие, но знания она обязана получать. Тем более, ей нравилось читать. Особенное удовольствие вызывали уроки литературы, на которых она слушала прекрасные истории о людях, живущих в различные эпохи, добивавшиеся признания, выходя из самых сложных ситуаций победителями. Она ходила в библиотеку очень часто, но книги, что ей выдавали, исходя с её внешнего вида, были как минимум десятки раз переклеенными. В них не хватало страниц, на некоторых картинках были дорисованы не совсем культурные части тела. Но она умела находить в этой всей грязи что-то интересное и ценное.
На кухне начиналась ссора. Двое мужчин о чём-то спорили. Девочка со страхом слушала, как они начинали кричать всё громче и громче. В какой-то момент завизжала мать, раздался громкий хлопок. Теперь кричал только отчим. Он ругался на мать девочки, на своего собутыльника. После этого последовала какая-то возня в прихожей, хлопнула входная дверь, и ссора кончилась. На кухне тихо всхлипывала мать, отчим, судя по звукам, перебирал бутылки, в поисках чего-нибудь на добавку.
Девочка не посмела выйти посмотреть, что там происходило. Ей было просто страшно. Страшно настолько, что ей хотелось закрыть двери. Придвинуть к ним диван, навалить всё своё жалкое имущество, спрятавшись от всего внешнего, что осталось там, через коридор.
Но закрывать двери было нельзя. Так сказал отчим. А ей не хотелось попадать под горячую руку.
Через час всё стихло. Мать снова ушла в спальню, отчим куда-то вышел. Он бросил что-то типа «буду через десять минут», но его не было намного дольше. Девочка взглянула на электронные часы на своей руке. Половина десятого. В принципе, можно лечь спать. Сбегать в душ, пока в ванной свободно, а дома нет лишних людей. Она достала из комода полотенце, бельё, отметив, что чистого и зашитого осталось совсем немного. До выходных, в принципе, хватит, а уже в субботу она займётся починкой одежды. Бабушка обязательно подскажет, как лучше это сделать.
Через приоткрытую дверь материнской спальни, девочка заметила, как её родительница «приземлилась» поперёк кровати. По храпу, разносившемуся по комнате, стало понятно, что женщина спит крепко и, скорее всего, до утра. Девочке было неприятно видеть, в каком виде находится родной ей человек. Но она ничем не могла помочь.
Девочка не сразу смогла принять душ. В ванной валялись лезвия от безопасной бритвы, какие-то бумажки и даже втулка от рулона туалетной бумаге с обрывком оной. Наконец, более-менее прибравшись, она включила воду. Естественно, ей хотелось бы подольше постоять под тёплыми струями, но приходилось поторапливаться. Не хотелось ей сталкиваться с вернувшимся с каких-то личных дел отчимом.
Она и не заметила, как он вошёл в ванную. Тихонько притворив двери, он стоял, едва дыша. За полупрозрачной шторкой принимала душ дочь женщины, которая причиняет ему боль и разочарование.
- А вот я и пришёл проверить уроки, - выдохнул он, встретившись взглядом с девочкой, когда та закончила водные процедуры и отодвинула шторку.
Мать в спальне повернулась во сне, выбирая более удобную позу. Ей снилась счастливая жизнь для неё и для дочери.