— Да без проблем.
Марионеты ослабили хватку, я освободился и протянул руку в сторону голоса Эльзы. В ответ она подала мне свою мягкую и нежную ладонь. На секунду ведьма стала моим поводырём. Я шагнул к ней. Эльза приложила мою ладонь к своей голове. Представил себе её мерзкое выражение лица, когда она наконец-то получает то, чего давно хотела.
Левую руку я приложил Эльзе между ног. На ведьме джинсы: мягкие, почти как леггинсы, молния сбоку, — самый любимый её фасон. Девушка схватила мою руку и сказала, что-то похожее на: “Так, что за самодеятельность?”. Но я уже не обращал внимания на это, я представил, как энергия из левой руки проходит через тело ведьмы и выходит из головы в правую руку. Эльза мгновенно сжала ноги и скорчилась в сладостной конвульсии.
Раньше я никогда не напрягался, доставляя удовольствие женщинам, но сейчас я напрягся так, словно хотел сжать тысячи оргазмов в одной голове. От невыносимого наслаждения девушка вскрикнула, после чего ослабла и пошатнулась так, будто земля ушла из-под ног. А ещё через секунду ведьма размякла совсем и упала на мои руки. Контроль над душами ослаб, чернота расступилась, я увидел Эльзу. На моих руках лежала брюнетка с шелковистыми локонами и тёмно-синими глазами. Она была как ангел, как засыпающая девочка: умиротворённая, беззащитная и изнасилованная блаженством.
— Божественно… Я тебя люблю… — начала бормотать Эльза. — Ты самый лучший…
Не знаю, что подумали проходящие мимо люди, но из черноты я слышал лишь голоса двух школьников: “Давай снимай!”.
Я запустил пальцы в её густые волосы, девушка поддалась, расположив голову поудобнее на моей руке и сделавшись совсем уязвимой. Она доверилась мне вся до последней капли. Прижав другую руку к междуножью Эльзы, я пустил ещё несколько оргазмических разрядов, чтобы надежно выбить ведьму из чувств ещё хотя бы на минуту, после чего бережно положил её на гранитный пол. Чернота душ совсем расступилась и я увидел путь наверх.
Бегом наверх! К солнцу! К свету!
Марионеты, потерявшие внешний контроль и всё это время стоявшие как истуканы, даже не шелохнулись, чтобы поймать меня.
На улице свежесть и вечерняя прохлада, а июньское солнце уже коснулось горизонта. Никогда я не был настолько рад солнцу. Пулей вылетев из метро, я остановился на пару секунд, чтобы отдышаться. Чуть восстановив дыхание, побежал к ресторану, в котором мы обычно встречались с Оксаной. Бежать до него не много: метров пятьсот, не более. Увидел авто Оксаны: Audi Q8. Красивая машина. Она стояла как-то нехарактерно далеко, хотя парковочных мест было достаточно. В ней моя Оксана: обаятельная и улыбчивая. Живое воплощение искренности и заботливости. На редкость приятная и неизбалованная дочь депутата.
Прибежал. Запрыгнул внутрь. Как только я повернулся к ней, она брызнула балончиком в лицо.
Я заорал от боли. Это был не перцовый раствор, это было что-то другое, более серьёзное. Я коснулся лица, кожа размякла и стала вязкой.
— Что это такое? Что ты творишь? Я ничего не вижу! — завопил я.
— И не увидишь больше ничего. Это кислота.
Я вывалился из машины. Начал орать и просить помощи, но, как ожидаемо, мне никто не помог. Прохожих было немного, а те, что были, очевидно, решили, что я грабитель, который хотел напасть на девушку в её же машине. Покричал, пытаясь позвать полицию, но их всегда нет, когда они действительно нужны. Вытащил телефон и пытался позвонить, но что можно сделать на сенсорном экране вслепую? К тому же Оксана вырвала телефон из моих рук и, судя по звуку, разбила.
Я прислонился к стене, потом к столбу, потом опять к стене, и, сделав круг, вернулся назад, сел на землю и облокотился спиной на машину Оксаны.
— Что они пообещали тебе? — спросил я.
— Они сделают меня ведьмой.
Теперь я понял, откуда такая концентрация ведьм. Они договорились с Оксаной. Они предложили ей то, от чего она не могла отказаться. Предложили то, от чего не откажется ни одна женщина: здоровье и вечная молодость.
Услышал голос Клары, услышал цокот каблуков Станиславы. Подошла Эльза, а потом Мия. Меня окружили ведьмы. В лицо брызнули что-то похожее на соду: всё зашипело, боль стихла.
— Да не переживай ты, — сказала Клара, — у меня есть марионет бывший хирург, он тебя бережно обработает, вырежет и зашьёт. Всё будет чики-пуки! Жаль, конечно, что ты уже не скажешь, какая я красивая… Если что, это идея Эльзы, я была против.
— Я тоже была против, — сказала Мия. — Но ты не плачь, мальчик! Мы о тебе позаботимся.
— Теперь точно никуда не убежит, — усмехнулась Эльза. — Да и какой он мальчик? Хм, впрочем, он уже и не мужчина.