–Ладно, Катюша, утро вечера мудренее. Завтра разберемся, а теперь давай малыша, а сама отдыхай. Утром в 6 часов кормление, тебе надо быть в форме.
–Но…
–Никаких «но», спать!
Вера Андреевна забрала малыша и пошла из палаты. Акимовна потопталась у двери, что-то хотела сказать, потом вздохнула, махнула рукой и тоже ушла. Катя осталась одна. Уже собираясь снова расплакаться, она вдруг вспомнила об обещанном утреннем кормлении и надежда зародилась в сердце. Значит, не все потеряно! Быстро умывшись, Катя легла и моментально уснула.
Утром принесли ребенка и оставила до обеда. А в три часа дня Катю вызвал к себе заведующий отделением и сказал, чтобы она четко и внятно объяснила, зачем ей нужен чужой ребенок, что это не игра и не кукла: захотел взял, захотел отдал, что у ребенка может быть дурная наследственность, и что, вообще, творится кругом черт – те что. Катя только повторяла, что этот ребенок не чужой, а ее родненький, что она его хотела, ждала. И никому не отдаст. Заведующий устало слушал, качал головой в знак согласия и делал какие-то пометки на бумаге. Потом снова засыпал Катю вопросами о том, где она живет, с кем, на какие средства? Катя послушно отвечала и снова повторяла, что ребенок ее и что она никому его не отдаст.
–Хорошо, мамочка. Завтра делаем последние анализы Вам, прививку ребенку. Если все будет хорошо, послезавтра Вас выписываем. Готовьте приданное малышу.
Катя пятилась к дверям и не знала, как, какими словами благодарить этого уставшего пожилого человека. А он уже и не обращал на нее внимание, занялся бумагами. Когда за Катей закрылась дверь, врач откинулся на кресло, закрыл глаза и задумался. Все ли правильно? Акимовне можно доверять, она стреляный воробей. Да и с Верой Андреевной не один пуд соли съеден. За все годы практики это четвертый такой ребенок. И все родители благодарят. Все будет хорошо.
Катя долго думала, как ей жить теперь . У нее была маленькая квартирка, которая осталась ей в наследство от мамы. Правда, квартира была в городском поселке, но какая разница. Жить вдвоем с Сережкой есть где. Деньги она получила, правда часть из них потрачена на Сергея- старшего, но если экономно, то хватит надолго, да и пособие какое-то ведь платят. Одежек Серенькому Акимовна наносила столько, что хватит на троих. Она попросила нянечку съездить и забрать ее вещи из Того дома, но та правильно рассудила, что теперь Кате некуда будет их деть. Вот после выписки Акимовна съездит и заберет. В день выписки Катю провожал до крыльца сам заведующий. Сын Веры Андреевны любезно согласился доставить молодую маму домой, хотя путь был не близкий.
А через несколько дней приехала в гости Акимовна, провозглашенная бабушкой, привезла Катины вещи. Их оказалась небольшая спортивная сумка. Она страшно ругалась и возмущалась, вспоминая встречу с Натальей Сергеевной, кричала, что такую змею даже на свет пускать нельзя, и что, если бы она раньше знала в честь кого назвали ее внука, ни за что бы не разрешила, пусть бы лучше Агипопом звали.
Так и потекла их жизнь, подчиненная распорядку дня Сережи. Прошлое Катю не беспокоило. Его как будто не было. Да и о чем можно было вспоминать, когда рядом сын.
***
Сегодня у Кати был особенный день. Они с Сережей впервые за пять месяцев выехали в город. У бабушки Акимовны День рождения.
Курортный роман.
Я лежала на берегу. Думать ни о чем не хотелось. Море накатывалось на берег, сердито урча, плевалось белыми барашками. Только его никто не боялся. Солнце припекало, ветерок остужал. Руки и ноги куда-то улетали от меня. Рядом лежали такие же, как я – ТЕЛА. Между мирно лежащими отдыхающими, туда-сюда сновали продавцы. Их вредные кричащие голоса заставляли возвращаться в реальность.
– Сладкая горячая кукуруза!!!
–Пахлава !!!
–Холодное ПИ-ВА!!!
–Тату! Временное тату!
И так они ходят весь день с начала до конца пляжа, перезагружались на «точке» и опять в путь. Однажды я решила купить ПИ-ВА и рыбку к нему. Уж очень аппетитно все выглядело. Пиво действительно было очень холодным и приятным, а вот рыбку толком распробовать не удалось. Откуда не возьмись, налетел рой мошек, облепил мою бедную рыбку и не хотел ни за что ее мне уступать. Пришлось сдаться на милость победителю, хватать рыбку и бежать к мусорным бакам. Там мошки спокойно насладились едой, а я вернулась на свое належенное место с гордо поднятой головой. Урок пошел впрок. Больше к морю я рыбку не брала никакую.
Я даже задремала на какое-то время. Из вязкой паутины дремы меня вырвало недовольное шипение дамы. Я подняла голову и уже не могла оторваться от созерцания этой картины.
Рядом со мной, буквально в метре, расположилась семейная пара с двумя очаровательными девочками, примерно 5 и 2 лет. Старшая девочка что-то полушепотом просила у мамы. На что ее мать, видимо не очень умная особа лет 30 -ти, громко и назидательно отвечала: