–
–
–
–
–
–
— Сосет? — крикнул Джейк из кухни. Сердце Элис наполнилось любовью к мужу. «Есть ли еще такие заботливые отцы?» — снова подумала она.
— Да, — мягко ответила она, стараясь, чтобы в голосе не звучала боль.
Главным было то, что Роза прекратила плакать, хотя у Элис страшно разболелась грудь. Иногда ей казалось, что деторождение — по крайней мере, то, что происходит сразу же после него, — это постоянная смена одного неприятного опыта на другой.
— Черт побери, у нас закончилось молоко, — пробормотал Джейк себе под нос, и Элис это услышала.
Она посмотрела на Розу в надежде, что с ней самой не случилось того же самого. Это была проблема с кормлением грудью: невозможно сказать точно. Даже после того как Роза часами сосала грудь, или, по крайней мере, это время казалось часами, девочка часто проводила остаток ночи в криках, очевидно голодная. Элис очень надеялась, что сегодня ночью все будет по-другому.
— Ты знаешь, я начинаю задумываться, не будет ли лучше кормить Розу из бутылочки, — сказала она легким тоном, когда Джейк вошел в гостиную с двумя чашками зеленоватой воды без молока.
— Из бутылочки? — повторил Джейк. Элис уловила зловещие нотки у него в голосе.
— О, конечно не детскими смесями, — поспешно добавила она. — Я имела в виду грудное молоко. Можно при помощи грудного насосика откачивать его в бутылочки, а Розе без разницы, откуда его сосать. И тогда моя несчастная грудь может отдохнуть, — добавила
— Эл, неужели ты не понимаешь, что это только первый шаг? — сказал он убедительно. — Если ты переведешь Ро на бутылочку, то не пройдет и пяти дней, как будешь давать ей детские смеси1
Элис удивленно рассмеялась.
— Конечно, не буду. Просто одна из акушерок упомянула, что неплохо вводить бутылочки в конце четвертой недели. Чуть позже — и Роза может их не принять.
— Акушерки! — фыркнул Джейк. — Им всем платят компании, производящие детское питание.