Элоиза утверждала, что муж (как она до сих пор называла Лёвушку) стал жертвой колдовства, приворота, но Женя в это не верила. Просто кое-кому не досталось при рождении ни совести, ни порядочности, ни чести, вот и всё. Никакого волшебства!
Элоиза, которая в период жизни с Лёвушкой отказалась в пользу родственников от наследства ушедших родителей, а ещё помогала всем — брату, сестре, племянникам, внучатым племянникам, — оказавшись без гроша в кармане, по традиции стала никому не нужна.
Всё, что у неё было, — личные вещи и карта с не слишком большой суммой денег. Сначала Элоиза снимала крохотную комнатку в неблагоустроенной коммуналке. А потом, видимо от стресса и всего пережитого, начала вдруг придумывать истории и публиковать их при помощи смартфона.
Через полгода Элоиза переехала в ту комнату, которую арендовала теперь, и купила себе компьютер для работы. Она безумно гордилась тем, что удержалась на плаву и смогла обеспечивать себя сама, а Женя была очень рада за неё, можно сказать, счастлива.
Она советовала Элоизе вспомнить о высшем образовании и попробовать заняться репетиторством, но Элоиза стеснялась, — она ведь никогда не работала, в том числе, по профессии.
— Если идей для книг не будет, Женечка, обещаю подумать, — застенчиво улыбалась соседка и переводила разговор на другую тему.
...— Зачем тебе столько соевого соуса? И столько варёных яиц?
— Я нашла новый рецепт в интернете, корейский. Сейчас же в моде всё корейское.
— Надеюсь, рецепт без мяса? — неуклюже пошутила Женя.
— Без, — Элоиза шутку, к счастью, не поняла. — Я добавлю в соус специи, болгарский перец, другие овощи и замариную в этой смеси яйца на два дня.
— Что? — тупо переспросила Женя.
— Вот увидишь, это будет вкусно, очень, я уверена! Дам попробовать.
Женя уже открыла рот, готовясь сообщить о том, что на эксперимент она не подписывается, а Элоиза начала укладывать варёные яйца в соус, когда в замке входной двери загремели ключи.
Женя и Элоиза переглянулись, а потом замерли. Так могла прийти только хозяйка квартиры, Тамара Фёдоровна. Она всегда появлялась без предупреждения и открывала двери своими ключами.
— Боже, что за запах?! — вот и глубокий грудной голос хозяйки раздался из прихожей. — Девочки!
— Мы в кухне, Тамара Фёдоровна! — звонко ответила Элоиза. — Здравствуйте!
Женя метнулась было к выходу из кухни, но остановилась, поняв, что ретироваться не успеет, и ей придётся предстать перед хозяйкой во всей красе.
— Здравствуйте, здравствуйте! — насмешливо ответила Тамара Фёдоровна и обвела взглядом Женю с синяками, Элоизу с краской на волосах и ёмкость с готовящимся новомодным корейским деликатесом.
Из-за внушительного и мясистого плеча Тамары Фёдоровны, обтянутого красной кожаной курткой, выглядывал среднего роста русоволосый молодой человек в строгих очках.
Он также посмотрел сначала на Женю с синяками, затем — на Элоизу с краской на волосах, а потом уставился на деликатес. В карих глазах парня, спрятавшихся за стёклами очков, нарастала паника.
— Элоиза, Евгения, знакомьтесь, — торжественно провозгласила Тамара Фёдоровна. — Это Евгений, ваш новый сосед.
— Женечка! — воскликнула Тамара Фёдоровна, и новый сосед вздрогнув, уставился на неё. — Что с лицом?
— К родителям ездила в выходные, картошку помогала убирать. Папа ещё в мае поставил новую баню, я к ней не успела привыкнуть, налетела переносицей на полок.
— Что ж ты, дочка! Осторожнее надо!
Тамара Фёдоровна, несмотря на гренадерский рост, внушительную фигуру, очень коротко стриженые выбеленные волосы и довольно мрачное выражение лица, была по-настоящему хорошей квартирной хозяйкой, — строгой, но доброй и справедливой.
Она подмечала любую мелочь, от её взгляда ничего не ускользало, и оплату она всегда требовала вперёд, зато замечания делала только по существу и никогда не притесняла жильцов. Раз в месяц в квартиру приезжали представители клининговой компании, а на любую жалобу квартирантов хозяйка реагировала незамедлительно.
Да и арендная плата была божеская, если учесть, что район, хоть и спальный, расположен недалеко от центра города.
— Ой, Тамара Фёдоровна! — всплеснула руками Женя. — Чуть не забыла.
Она заспешила в свою комнату и тут же вернулась с двумя банками мёда.
— Вот, это мама передала, от тёти Таи.
Двоюродная сестра Жениной мамы сама занималась разведением пчёл, у неё была своя пасека неподалёку от Алексеевска.
— Ой, спасибо, Женечка! — расплылась в улыбке Тамара Фёдоровна. — Поставлю на полочку у выхода, чтобы не забыть.
Она вышла из кухни, и Женя с Элоизой уставились на нового соседа, который до сих пор не издал ни звука, даже не поздоровался. Так и стоял истуканом, только теперь потупился.
— Здравствуйте, Евгений! — певуче заговорила Элоиза. — Будем знакомы. Я Элиза, а это — ваша тёзка, Женя.
Евгений поднял взгляд и пробормотал:
— Здравствуйте!
— Вы нас не бойтесь, Евгений, мы нормальные, — заверила его Элоиза, абсолютно верно истолковав его реакцию. — И квартирную хозяйку лучше, чем Тамара Фёдоровна, вы вряд ли найдёте, поверьте!
— А что это у тебя, Элоиза, окрошка что-ли? — вернувшаяся Тамара Фёдоровна указала на ёмкость с корейским блюдом.
Элоиза открыла было рот, но тут вдруг заговорил новый жилец, и все удивлённо посмотрели на него.
— Это, судя по всему, маринованные яйца. Очень популярное сейчас блюдо, интернет кишит разными рецептами, и просмотров миллионы. Я пробовал сделать, но не так много, несколько штук.
— И как? — спросила Элоиза. — Есть хоть можно?
— Есть можно, я съел. Однако ожидание круче, чем реальность. Ничего особенного, как по мне, усилия не сто́ят того.
Евгений поправил очки почти с профессорским видом.
— Чего только ни придумают, — покачала головой Тамара Фёдоровна. — Перевод продуктов! Ладно, вижу, вы познакомились и общий язык нашли. Пойдём, Евгений, покажу тебе твои апартаменты и все удобства. Располагайся.
Евгений опять поправил очки и вышел следом за Тамарой Фёдоровной. Женя и Элоиза переглянулись.
— Какой приятный молодой человек, — сказала Элоиза, наверняка считавшая приятными всех без исключения людей. — Сразу видно: учёный.
— А по-моему, зануда, — пожала плечами Женя. — И не такой уж молодой, ему лет тридцать. Наверняка придёт сюда, как только уедет Тамара Фёдоровна, и начнёт права качать. Очерчивать мелком свою территорию и личное пространство.
— Для тебя, Женечка, может и не очень молодой, тебе ещё только двадцать четыре... Господи, где мои двадцать четыре? Прекрасное время... Мы с Лёвушкой были ещё так молоды, столько путешествовали. Ох! Мне же краску пора смывать!
Элоиза быстро накрыла крышкой ёмкость с деликатесом, убрала в холодильник и заспешила в душевую. Женя наконец-то включила чайник, достала хлеб и варенье, которое тоже привезла от родителей. Точнее, папа привёз на машине целую тонну запасов.
В этот момент в кухне появились Тамара Фёдоровна и новый сосед. Евгений был уже без куртки, в джемпере и в джинсах.
— Вот твой стол, Женя. Посуда у девочек своя, но есть общая. Чайники тоже свои, но тоже есть здешний, старенький, можешь пользоваться. Микроволновка общая, электроплита, шкафы. В общем, разберётесь. Люди все взрослые, образованные. Ладно, мне пора. Через неделю клининг приедет, не забывайте.
Тамара Фёдоровна вышла, и вскоре во входной двери загремели ключи. Евгений тоже вышел, но вернулся ещё до того, как Женя закончила пить чай. Элоиза уже тоже вернулась в кухню. Свежеокрашенные ярко-морковного оттенка волосы были красиво уложены. Она тоже включила чайник и достала из шкафа старую сахарницу с колотым коричневым сахаром.
Евгений сменил джинсы и джемпер на спортивный костюм. На столе Евгения появились несколько коробок: одна — с электрическим чайником, вторая — с набором кастрюль, третья — с набором посуды, и плоская, со столовыми приборами. Также появились бумажные полотенца и льняные салфетки.
Элоиза уже вознамерилась обратиться к соседу, когда он резко развернулся от стола, холодно посмотрел на обеих соседок из-за стёкол очков и хорошо поставленным приятным голосом произнёс:
— Я занимаюсь научной деятельностью, и Тамара Фёдоровна гарантировала мне необходимый уровень тишины. Она заверила меня в том, что обе соседки — очень адекватные и порядочные. Надеюсь, я не буду разочарован. И ещё, я очень щепетильно отношусь к личному пространству. Уважаю чужое и не приемлю вторжений в моё. Также я не признаю никаких «общих» вещей, помимо мест общего пользования, шкафов и плиты. Надеюсь, всё понятно?