Когда учительница шла на урок, ее лицо и глаза светились радостью, точно это была счастливая, спокойная мать, которая возвращалась в свою семью и заранее радовалась тому, как они ее встретят, когда она развернет перед ними все, что принесла в класс. Каждый день, с глубокой любовью к человеку, она рассказывала им о лучших людях страны, о защитниках Родины, о богатстве и славе Отчизны, о тех, кто ее возвеличил своим трудом и умом, своим горячим сердцем и чистой совестью.
Квартира учительницы была заполнена книгами, газетами, журналами. Они лежали в большом раскрытом шкафу, на столах, на стульях. Большая комната казалась заполненной до отказа, но здесь ничто не мешало, все было на своем месте, все под руками, и хозяйка хорошо знала, что и где у нее находится. В этой «кухне» было множество «припасов», было из чего приготовить для детей самые разнообразные «блюда»: интересный урок, классный час, пионерский сбор, утренник, школьный вечер, — отметить знаменательную дату, подобрать предложение для разбора, сказку, поговорку, книжку для внеклассного чтения, которая с первой же страницы захватила бы и увлекла учеников. В течение многих лет она подбирала и копила эту «пищу» для детского ума, проверяла, отбрасывала все «неудобоваримое», оставляла наилучшее, что вызывало живой интерес, поднимало силы, побуждало к самостоятельной работе, наполняло детское сердце теплом и светом.
За окном безумствовал тайфун. Две электрические лампочки — одна на кухне, а другая над столом — то вовсе потухали, то светили в полнакала, и хозяйке в помощь им пришлось зажечь керосиновую лампу. За столом сидели две учительницы: старая с гладко причесанными седыми волосами и молодая с непокорными локонами, которые приходилось то и дело укладывать на место.
Сначала Надежда Ивановна расспросила свою гостью о ее семье, о личной жизни, затем стала журить, что так далеко уехала от родителей.
— Надежда Ивановна! Да что вы меня корите! А где ваша дочка?
— Ну, она партийная. С нее особый спрос.
— Я тоже партийная, — сказала Женя и встала на ноги, точно хотела показать, как она выросла.
— Ой, девушка, что-то мне не верится. Такая молоденькая...
— Верное слово! Вот он — партийный билет!
— Доченька! Вот ты какая... Умница... А я думала... Ну, я буду с тобой запросто... Коли что — не осудишь. Чем же тебе помочь?
— Опыт ваш хочу перенять, чтобы передать другим. За этим и приехала.
— Трудное это дело, доченька. Перенять — надо поработать. Со стороны кажется просто, а на деле — не так. Вот, скажем, первый день в школе, добукварный период, первые шаги ребенка в школе! Какое большое значение имеют они для дальнейшего! И об этом у меня — полочка книг, сверток таблиц, пособий. Или безударные гласные. Ошибки по этому разделу идут до десятого класса. А можно избежать. И по безударным есть у меня все что необходимо. Но и это не главное. Главное в другом — в нашем авторитете. Знание — это как бы плоды на дереве: мало в этом году — вырастут в следующем; важнее само дерево, его способность плодоносить. А это определяется воспитанием. А воспитывать можно, только обладая авторитетом. Нет его — ни родитель, ни учитель воспитателями не будут, слово их не дойдет, весу в нем не будет. Спросишь, где его взять, авторитет? А он никому не дается в готовом виде. Он создается самим человеком. И чем создается? Знанием дела, безупречным поведением, требовательным, уважительным, заботливым отношением к детям. Знание учителя — это и есть та пища, которая обеспечивает роет. Но знания-то наши должны лежать у нас глубоко в сознании. То же и требовательность. Без нее не может быть авторитета. Нетребовательному не место в школе: нетребовательный не воспитывает, а развращает.
Три дня, пока длилась непогода, Женя не выходила из квартиры Надежды Ивановны. Здесь она, пожалуй, впервые поняла, что значит подлинная глубина знаний. Ее удивило и даже испугало, какой иногда малостью мы довольствуемся, считая, что уже достигли глубины, тогда как только скользнули по поверхности.
Вернувшись в педкабинет, она доложила своему начальнику о положении в школах, отмечая то хорошее, что обнаружила у отдельных преподавателей и что нужно сделать достоянием всех; рассказала, что делала в каждой школе; упомянула, на какие вопросы не могла ответить.
— Типичное не то! Вы должны были наладить социалистическое соревнование школы со школой, а внутри школ — класса с классом, в классе — ряда с рядом, ученика с учеником. Уходя из школы в другую, вы должны были нести проект соцдоговора.