— Да вот зашёл проконтролировать, как продвигается ремонт.
— Так это вам мы обязаны тем, что у нас будет новый актовый зал? – Инка едва из трусов не выпрыгивает.
Ахметов смеривает её тяжёлым взглядом. Хмурит брови и снова обращается ко мне:
— Когда на ипподром придёшь?
— Эмм… Я не знаю...
— Ты ж хотела учеников привести на лошадях покататься.
— Да? А почему я об этом не слышала? – снова влезает Инна.
— Ну, это… Не получилось, - отмазываюсь.
— Почему? - Дамир пристально смотрит на меня, и от этого становится жарко.
— Не все родители согласны оплатить экскурсию, - сочиняю на ходу.
На самом деле я даже не заикалась в классе про поездку на ипподром.
— Разве я у тебя денег спрашивал?
— Нет, но всё равно нужно транспорт нанимать. Школьный автобус нам вряд ли выделят для такого мероприятия, - леплю первое, что приходит в голову.
— Это почему же? – не унимается Инка. – Ты с Елизаветой говорила?
Взглядом показываю подруге, мол, замолчи!
— Не вопрос, красавица! Для тебя всё, что угодно сделаю. Будет тебе транспорт. Только скажи, когда надо.
— А вы оставьте нам свою визиточку, - елейным голоском поёт Инна. – Мы согласуем день с Ольгой Геннадьевной и позвоним вам.
— У неё есть мой номер, - кивает на меня Ахметов.
Тут у него звонит телефон, и Дамир быстро прощается.
— Ух, какой мужчина! У меня аж по ляжкам потекло! – восхищённо выдыхает подруга, глядя вслед Ахметову. – Ты давай, сопли не жуй. Куда он там приглашал? На ипподром? На этой неделе поедем.
— Инн, прекрати! Не понимаешь, что ли, почему он такой любезный?
— Потому что щедрый. Ему для детишек ничего не жалко.
— Не придуривайся!
— Знаешь, Оль, такие шикарные мужики на дороге не валяются. Если он тебе не нужен, я заберу его себе. Нутром чую, трахается он как племенной бык!
— Тебе видней. Ты ж у нас по животным специалист, - хихикаю, а саму в душе что-то неприятно царапает.
Глава 8
Дамир
— Это точно он? – с недоверием переспрашиваю у Ильнара.
Поверить не могу, что плюгавый задрот, топающий по тротуару, и есть парень Ольги.
— Точнее быть не может! – подтверждает мой помощник.
— Ай, шайтан! Неужели такому обсосу бабы дают? – возмущаюсь вслух.
*издец какой-то! Меня голубоглазая кукла отшивает, а с этим чертилой живёт.
На ипподроме так и сказала: «У меня жених есть. Я не могу пойти с вами в ресторан».
Я держался по красоте. Руки не распускал, хотя страсть как хотелось. Мысленно отымел блондиночку раз пять, пока она строгую училку из себя разыгрывала. Смотрел на губы розовые, пухлые и мечтал в них поцелуем впиться. Сгрести в охапку девчонку, помять её, пожамкать от души. Вдохнуть сладкий аромат. Услышать призывные стоны.
Но вместо этого приходилось вежливо улыбаться и общаться с ней и её подружкой. Вот рыжая бестия не стала бы ломаться и строить из себя целку. Раздвинула бы ножки прямо на сеновале. Зуб даю.
Засёк, как она пялилась на Рахмана. Друг катался верхом и не подозревал, что по нему истекает голодная сученька.
А Ольга, ну футы-нуты, вся такая правильная, своим школярам замечания делала, строила их. Меня типа не замечала.
Но я-то знаю: не бывает женщин, которые не дают. Бывают мужики, которые взять не могут.
Короче, сигнал о женихе был принят. Надо минусовать помеху, тогда кукла станет моей. Без вариантов. Тут же поручил своим ребятам пробить, что за хрен Ольгин мужик, и чем он дышит.
Сейчас вот наблюдаю результат труда пацанов и охреневаю. Как такую сочную тёлочку угораздило связаться с чмошником? У него поди *уй с огрызок простого карандаша. Поэтому Оленька загорелась, когда я целовал её в кабинете. Голодная девочка. Ну, ничего, я это быстро исправлю.
— Пётр! – окликаю парня, выходя из машины. - День добрый!
— Здравствуйте! – он останавливается как вкопанный.
— Разговор есть.
— А вы, собственно, кто? – суетливо поправляет очки белобрысый.
— Ахметов Дамир.
У парня отваливается челюсть.
— Сядь в тачку, побазарим.
— Нет! Я никуда садиться не буду! – пугается, будто девка, и, кажется, собирается дать дёру.
— Петя, Петя-петушок, – зловеще улыбаюсь. – Не заставляй меня применять силу.
— Для вас я Пётр Васильевич! – внезапно он гордо вскидывает подбородок.
— Окей, Пётр Васильевич, - передразниваю его тон. – Будьте любезны, присядьте в машинку.
Из тачки выходит Ильнар. Разминает руки, хрустя суставами. Петя смекает, что сбежать у него без шансов. Мы стоим около дома Ольги. Двор между старыми «панельками» сквозной, а вход в подъезд пареньку перекрываю я.
— Я буду кричать! – визжит водоросль, нервно дёргая головой на тонкой шейке.