Скидывает капюшон.
– Какая же я глупая! – быстро заплетает волосы в косу. – А что Вы здесь делаете? Ночью… – замирает, глядя на камень в моей руке.
– Здесь есть ходы… за стенами… А Вы?
– То же, что и Вы. Хочу попасть в них. Посмотреть, куда они ведут! Я знаю, где вход… – шепчет она заговорщически.
– В самом деле?!
– Да! Но Вам нужен такой же серый балахон. Иначе нам несдобровать. Там ходят только братья и сёстры.
– Где же мне его взять?
– Будьте здесь. Я украду для Вас…
Она скрывается в темноте.
Украдёт?! Вдруг я понимаю, что ввязываюсь во что-то запретное. Никогда не был смельчаком. Но спасовать перед девочкой очень неловко. Уж если решилась она… К тому же как мужчина я не должен отпускать её одну в столь опасное исследование, так ведь? Дион наверняка не отпустил бы.
Через несколько минут княжна появляется с балахоном. Едва втискиваюсь в него. И от этого тоже неловко. Она помогает, расправляя на мне грубоватую ткань.
– Тушите свечу…
Хватает меня за руку, и мы крадёмся в полной темноте к концу мизинца.
– Это здесь… Но как открыть, я не знаю.
– Я, кажется, знаю. Это проектировал мой прадед. Я видел чертежи замков потайных дверей.
Глажу ладонями камни. Натыкаюсь на выступающий, поворачиваю – и секция стены немного сдвигается. Дальше мы давим ладонями вдвоём и… Вход! Быстро проникаем туда и задвигаем за собой гулко скользящую по направляющим стену.
– Что нам будет, если нас поймают?
– Не знаю. Но брат Шо намекнул, что не поздоровится.
– Может, не стоит?..
Но она уже куда-то уверенно тащит меня, схватив за руку. Темнота неполная. Кое-где в нишах горят тонкие свечи. Коридоры каменные и очень узкие.
– Мы можем заблудиться, – останавливаю я её на развилке. – Надо считать повороты. И сворачивать только в одно сторону.
– Считайте, Косма, я в счёте не сильна.
Вдруг навстречу нам из-за угла выходит кто-то в сером балахоне и приближается, опустив голову. Инги тут же бросает мою руку и, сложив перед собой руки, как у него, проходит мимо по узенькому коридору как ни в чём не бывало. А я, потея от ужаса и натягивая капюшон глубже, едва протискиваюсь. Но всё проходит гладко. Балахон останавливается, ловко что-то делает со стеной, и она отъезжает. Выходит. Секция стены становится на место. Вход не один!
– Боги… – дышит испуганно Инги. – Я чуть не умерла от страха!
– Я, признаться, тоже. Куда же мы движемся? Судя по подъёму, мы уже должны были пройти наши кельи.
– Там свет! – показывает Инги.
И мы бредём до нескольких тускло светящихся точек. Это оказываются не свечи, а отверстия в стене. Оттуда слышны тихие голоса. Оглянувшись и убедившись, что никого рядом нет, мы приникаем к этим отверстиям. Перед нами зала Пустот, что на четвёртом уровне. Там инфанта Шейла и княжич Элай… Застыв рядом друг с другом, изучают что-то в глубине каменного капюшона.
Мы идём дальше. Снова несколько светящихся точек… Мы опять приникаем к отверстиям. Я сразу же узнаю брата Нордика. Круглый стол. За ним четыре капита. Трое известны, а вот четвёртый сидит, не снимая капюшона. Худощавые длинные пальцы крутят деревянные бусы.
– Брат Шо, как всегда, против? – негромким вкрадчивым голосом вопрошает этот четвёртый капит.
– Совершенно верно, брат Кай.
«Значит, брат Кай…» – отмечаю я про себя.
– И почему же?
– Люди не глупы…
– В своей массе – глупы.
– Однако есть и не дураки. И некоторые из них догадываются, что власть Капитула обеспечивается не великой гексатой богов, а всего лишь хитростями, изобретениями зодчих, находками алхимиков и прочими уловками. Даже наш самый, пожалуй, великий иллюзион с закрытием границ может быть легко раскрыт пытливым умом. Те грибницы, что вы насадили по границам лок, вызвали когда-то мор в Оре. А волхвы справились с ним, вытравив со своей земли эти грибы. И если бы волхвы увидели павших…
– Волхвы не покидают локи. И они не увидели павших.
– То же вы применили и для контроля Лакаста, рассеяв споры по Гиблому долу! Умные сведут эти совпадения.
– Все умные в Гиблом доле вымерли…
– Хорошо. А если бы капитам не удалось удержать разрастания грибниц, и они бы проросли в локи? Начался бы снова повсеместный мор?!
– Лекарство известно. Оно успешно помогало странствующим капитам не заражаться спорами. Мы бы справились. И сейчас, в виде одолжения, погасим чуму в Лакасте, чтобы увеличить свою значимость в глазах степного народа.